Большая дипломатия редко начинается с большого мира. Чаще она приходит в виде временной полосы движения, нескольких недель тишины и осторожного обещания вернуться за стол переговоров. В Ормузском проливе, где движение танкеров давно стало продолжением войны другими средствами, именно такой ограниченный компромисс может оказаться первым выходом из тупика.
Катар сообщил о продвижении проекта краткосрочного соглашения между США и Ираном, сосредоточенного на возобновлении судоходства через Ормузский пролив. По данным Bloomberg, текст решения уже составлен и передается сторонам, а американские и иранские официальные лица осторожно говорят о возможности вновь открыть один из важнейших морских путей мировой энергетики.
Шестьдесят дней для возвращения судов
Обсуждаемый проект рассчитан на 60 дней. Согласно схеме, о которой сообщили региональные источники и американский чиновник, суда, входящие в Персидский залив, должны пользоваться северной полосой у иранского берега. Выходящий поток предполагается направить через воды Омана при координации с Ираном. На время действия договоренности пошлины и сборы взиматься не будут.
Иран и Оман также должны заняться расчисткой от мин среднего фарватера, чтобы в дальнейшем сделать его двусторонним. Таким образом, временное соглашение пытается решить непосредственную задачу – вернуть предсказуемое движение коммерческого флота, – не дожидаясь окончательного ответа на более тяжелые вопросы о войне, санкциях и ядерной программе Тегерана.
Эта практичность и составляет силу проекта. Дипломаты не обещают за один день примирить стороны, которые месяцами обменивались ударами и угрозами. Вместо этого они предлагают правила, достаточно узкие, чтобы их можно было выполнить, и достаточно значимые, чтобы от них зависела цена нефти, безопасность моряков и снабжение десятков государств.
Доха передает формулировки сторонам
Президент США Дональд Трамп во вторник обсудил деэскалацию с эмиром Катара шейхом Тамимом бин Хамадом Аль Тани. Катарское правительство сообщило о разговоре, а представитель Белого дома подтвердил сам факт звонка, не раскрыв подробностей.
Позднее Трамп заявил журналистам в Лос-Анджелесе, что переговоры с Ираном продвигаются "очень хорошо" и больше станет известно в течение 48 часов. В интервью Fox News он также выразил оптимизм, но оставил рядом с ним привычную угрозу: если соглашение не будет достигнуто, последствия для Тегерана окажутся тяжелыми.
Представитель МИД Катара Маджед аль-Ансари сообщил, что проект резолюции по деэскалации "распространяется между сторонами". По его словам, Доха сосредоточена на краткосрочном решении, которое должно предотвратить новый виток конфронтации, восстановить движение через пролив и создать условия для возвращения США и Ирана к посредничеству. При этом катарская сторона не назвала сроков подписания и не стала утверждать, что согласие уже получено.
Госсекретарь США Марко Рубио и министр финансов Скотт Бессент отдельно дали оптимистичные оценки. Бессент допустил, что договоренность по Ормузу может появиться в ближайшее время и будет строиться вокруг принципа свободы передвижения. Иранское государственное телевидение, в свою очередь, процитировало представителя МИД Эсмаила Багаи, назвавшего переговоры Тегерана с Оманом положительными. По его словам, стороны обсуждают безопасные входящие и исходящие маршруты.
Разминирование как политическая уступка
Одной из возможных уступок может стать согласие Ирана допустить европейские государства к разминированию пролива. Публично Тегеран придерживался иной позиции, однако, по сведениям дипломатов Bloomberg, в частных встречах последних недель иранская сторона смягчила подход. Официального комментария МИД Ирана по этому вопросу пока нет.
На карте такая уступка выглядит технической: корабли, специалисты, последовательное очищение участка воды. В политике она означает больше. Допуск внешних участников ограничивает возможность одной стороны единолично диктовать режим прохода и создает механизм, в котором безопасность судоходства становится общей процедурой, а не разменной монетой военного давления.
Однако главный спор остается прежним. Тегеран настаивает на праве контролировать морской трафик и останавливать суда, проходящие без его разрешения. Катар, Оман и другие государства региона считают Ормуз международным путем, который не должен зависеть от политических расчетов одной страны. Именно вокруг несовместимости этих представлений распалось прежнее прекращение огня.
Предыдущая передышка прожила меньше месяца
Даже подписанное временное соглашение не будет равнозначно окончанию войны. Предыдущее перемирие между США и Ираном продержалось менее месяца и рухнуло из-за разногласий о контроле над Ормузским проливом. Если новый механизм окажется столь же хрупким, военные удары и иранские ответные действия могут возобновиться.
Трамп в последние дни называл нынешний раунд "последним шансом" Ирана. В минувшие выходные он отказался от атак, которые, по его собственным словам, могли стать крупнейшими со времен Второй мировой войны. Остановка ударов дала посредникам время, но одновременно превратила переговоры в гонку с угрозой возвращения к силовому сценарию.
Исламская Республика обещает жестко ответить на крупную американо-израильскую операцию. За время конфликта иранские баллистические ракеты и ударные беспилотники причинили значительный ущерб Кувейту, Бахрейну, Саудовской Аравии и Объединенным Арабским Эмиратам. Поэтому государства Залива участвуют в посредничестве не как отстраненные наблюдатели: провал переговоров почти неизбежно возвращает опасность к их портам, базам и энергетической инфраструктуре.
Цена нефти уже слушает дипломатов
На фоне сообщений о продвижении переговоров нефть Brent торговалась ниже 79 долларов за баррель. Рынок отреагировал не на подписанный документ, которого еще нет, а на вероятность восстановления движения через пролив. Ормуз остается одним из главных каналов поставок нефти и сжиженного газа; даже частичная нормализация уменьшает страх перед перебоями, тогда как очередная атака на судно немедленно возвращает премию за риск.
Краткосрочная схема способна стабилизировать коммерческое судоходство и отложить возобновление боев, но она не снимает американских претензий к ядерной программе Ирана и не отвечает на вопрос, кто будет определять долгосрочный режим пролива. Это мост к переговорам, а не сами переговоры. Его ценность заключается в том, что стороны получают возможность пройти несколько шагов, не требуя друг от друга немедленной капитуляции.
Администрация Трампа одновременно сталкивается с вопросами о запасах американских вооружений. После сообщений о расходовании большей части некоторых дальнобойных высокоточных ракет президент отверг предположение о дефиците и заявил, что у США боеприпасов больше, чем у любой другой страны, а оборонные предприятия ускоряют производство. Тем не менее ограниченность арсеналов добавляет дипломатии еще один скрытый аргумент: продолжение войны дорого не только для судов и нефтяного рынка, но и для военной готовности Вашингтона.
Маленькое соглашение перед большим спором
Ормузская формула строится на разделении потоков: один маршрут – к Персидскому заливу, другой – из него, общий фарватер – после разминирования. В этой почти инженерной логике есть политический смысл. Когда стороны не могут договориться о том, кому принадлежит право определять порядок, посредники предлагают сначала договориться о самом порядке.
Катарская осторожность оправданна. Американские чиновники уже не раз заявляли, что соглашение близко, однако прежние ожидания не превращались в устойчивый результат. Сейчас также нет подписей, точной даты вступления в силу и гарантий, что Тегеран и Вашингтон одинаково понимают пределы временного режима.
Но даже проект меняет атмосферу вокруг конфликта. Несколько дней назад речь шла о масштабных ударах и неизбежном возмездии; теперь – о направлениях движения, отсутствии сборов и работе саперов. Мир еще не наступил, однако язык войны на время уступил место языку навигации. Иногда именно с такого перехода и начинается политика, способная остановить следующий залп.