Эй, ямщик, гони-ка в табор!

"Красавица, дай погадаю. Всю правду скажу", – ворковала привокзальная цыганка в цветастой юбке, за которую держался сопливый черноглазый отпрыск лет пяти. "Знаем мы ваши гадания", – подумала я, опасливо оглядываясь, и, нащупав в кармане кошелек, потрусила к выходу. Да, мало кому удается выскользнуть без потерь из цепких объятий смуглянок, их мурлыкающего говорка и почти гипнотического взгляда. Разве что из театра "Ромэн" потенциальные клиенты гадалок выходят при своих. Здесь идут первые спектакли нового мюзикла "Бегите, кони, бегите…".

Возможно, устав от обидного стереотипа расхитителей народного добра, коллектив театра "Ромэн" предложил зрителям довольно серьезное размышление о власти денег над человеческой душой, о любви и верности и, ни много ни мало, о национальной гордости. В разговоре о таких высоких материях редко удается избежать ненужного пафоса и загиба в сторону патетики. "Ромэну" это не удалось. Актеры закатывают глаза и произносят длинные монологи; или играют в любовь на уровне мексиканских сериалов со вздохами и охами.

Сюжет может порадовать лишь своей непредсказуемостью. Из тюрьмы выходит цыган Алан Квэк, подружившись там с неким Шедоу, который становится его телохранителем. Взявшись опять за воровство и награбив кучу денег, Алан возвращается в свой клан, чтобы подмять под себя конкурентов и стать (есть и такая должность) королем всех цыган. Алан раздает деньги на создание сети гадальных лавок и женится на красотке Джесси. Все богатеют. Но вот тут обнаруживается поганая овца по имени Арчи, намекающая братьям по табору, что они попали во власть маммоны, продались за пачку зеленых и недостойны гордого слова "цыгане". Овцу тут же упрятали за решетку, туда, где небо в клеточку: не блей чего не надо. Дальше – больше. Обнаруживается еще один обличитель, которому море подавай и свободу, как у птицы, а деньги – от лукавого. И все это для убедительности подкрепляется песнями и залихватскими танцами, то в исполнении шоу-балета, то – симпатичных цыганочек с бубнами. Пожалуй, только музыкальная часть спектакля является спасительной соломинкой, за которую хватаются зрители, чтобы не скиснуть от перипетий цыганской жизни. Барышни заглядываются на жгучих красавцев, юноши – на покатые плечи кареглазых чертовок, а мамы и папы подпрыгивают в креслах от зажигательных ритмов и грозятся пуститься в пляс.

Финал спектакля стал сюрпризом даже для самого догадливого зрителя. Оказывается, все, что происходило на сцене в течение полутора часов, – ловкая интрига телохранителя Шедоу, подстава то есть. Простодушный Алан Квэк становится заложником в руках злодея и теряет и деньги, и возлюбленную, и друзей. Полный аут. Лирическая песня, грустные глаза, полумрак в зале. Занавес.

Не поймешь этих цыган и загадочные зигзаги их судьбы. "Зато танцевали хорошо, костюмы красивые", – шушукались две старушки, проталкиваясь к выходу. И пели, в общем-то, неплохо. По-цыгански так пели. Прямо за душу брали. Невольно хотелось очутиться в пушкинских временах и катить на извозчике в табор, туда, где кругом шатры и костры, бубны, скрипки, карты, кони…

Спектакль назвали мюзиклом. Впрочем, ожидать от театра "Ромэн" драматического повествования невозможно: специфика другая. Народ покупает билеты именно с намерением окунуться в атмосферу бесшабашного цыганского веселья, а режиссеру (С. Чунгак), что ни говори, не дают покоя лавры Мейерхольда. А потому – трагедийность кажется смешной и натянутой. Сюжет из разряда "просто Марий" или "богатых, которые плачут": впору продавать права на экранизацию колумбийско-мексиканским продюсерам.

Над музыкальной частью спектакля потрудились композитор А. Семенов и автор стихов В. Старчевский. Спасибо им. Помогли постановке не захлебнуться в мелодраматическом пафосе. Словом, не удастся проникнуться глубинным смыслом – хоть музыку послушаете.