СНГ: пациент скорее мертв...

Вот уже 10 лет живем мы без привычной аббревиатуры "СССР" и союзных атрибутов. Настало время юбилеев всего того, что возникло на их месте: независимости новых государств, их конституций и самого Содружества.

За 10 лет СНГ состоялось. К такому выводу пришел российский президент, подводя итоги состоявшегося в Москве юбилейного саммита Содружества. СНГ, по мнению Владимира Путина состоялось "как необходимая и неизбежная для всех форма интеграции на постсоветском пространстве" и "как крупнейшая международная и региональная организация".

Исполнительный секретарь СНГ Юрий Яров вообще убежден, что Содружество показало себя оптимальной формой развития многостороннего сотрудничества. "Нам удалось в основном сохранить сложившиеся связи между народами, – считает он, – и в определенной степени смягчить социальные и экономические последствия распада единого государства, обеспечить условия для равноправного диалога и сотрудничества".

Теперь, по мнению идеологов СНГ, наступает новый этап в жизни Содружества, который обусловлен тем, что "бракоразводный процесс" и "разборки" в целом завершены и настало время "собирать камни", то есть постепенно реинтегрироваться. В этих целях разработана Программа действий по развитию СНГ до 2005 г., которая определяет основные задачи по сотрудничеству в экономической, политической, миротворческой деятельности, в борьбе с преступностью, терроризмом, в области военного сотрудничества и охраны границ и т.д.

Однако такая "этапность", да еще и приуроченная к юбилеям, не может не настораживать граждан бывшего СССР. Давно ли рапортовали съезды КПСС о завершении различных этапов построения социализма "навстречу N-летию Октября"?

Настораживают не только слова руководителей, но и факты. Так, по данным представительства России в Межгосударственном экономическом комитете СНГ, страны Содружества за истекшее десятилетие создали друг с другом совместных предприятий в десять раз меньше, чем с дальним зарубежьем, а по объему инвестиций разница между "ближними" и "дальними" более чем стократная. Объемы хозяйственных связей между Россией и Азербайджаном, к примеру, сократились в 33 раза, с Арменией – в 25 раз, с Молдовой и Узбекистаном – в 15-16 раз. В итоге представитель России в МЭК СНГ Александр Смирнов признал, что "настоящего сотрудничества в рамках Содружества действительно маловато, так что, к сожалению, мы ничего не можем сказать об интеграции".

А что можно сказать о самой организации? Пожалуй, только ленивый не высказывался за эти десять лет по поводу аморфности и рыхлости СНГ как международной структуры. Ей предрекали летальный исход уже с момента образования, а ее "творцы" в лучшем случае имели в виду что-то совсем другое, когда ее создавали. Для российских лидеров того времени это был способ избавиться от конкуренции со стороны руководства Союза, для остальных республик – форма обретения независимости.

Хотелось бы думать, что это и был "бракоразводный процесс", который сейчас завершился и за которым последует воссоединение большой семьи. Но реалии, опять же, не позволяют этого утверждать. Ведь для интеграции необходимы, как минимум, политическая устремленность государств навстречу друг другу и некоторая организация с элементами наднациональности, способная упорядочить этот процесс общеобязательными нормами. Такие факторы имеют место в ЕС, хотя и там дело идет со скрипом вот уже полвека.

А в СНГ все указывает, напротив, на постепенное политическое размежевание. Формируются не слишком эффективные интеграционные группировки внутри Содружества: Евразийское экономическое сообщество, ГУУАМ, Союз России и Белоруссии. СНГ превращается в некий "клуб по интересам", причем интересы стран-участников сильно разнятся. Открыто высказываются или подспудно зреют иные интеграционные устремления: Украины – в ЕС, ряда республик Закавказья и Средней Азии – в НАТО. Военное сотрудничество СНГ трещит по швам: уменьшилось число участников Договора о коллективной безопасности, на фоне антитеррористической кампании Узбекистан становится ближайшим союзником США, а Турция осваивает аэродромы близлежащих республик Содружества. Грузия, Узбекистан, Азербайджан и Украина крайне неохотно идут в последнее время на участие в военных маневрах, проходящих в рамках СНГ. Однако они постоянно и активно присутствуют на военных учениях, проводимых НАТО в рамках программы "Партнерство во имя мира".

Таковы сегодняшние реалии СНГ. Пациент скорее мертв, чем жив. Однако идеология не согласна с таким диагнозом: она рассматривает и изучает Содружество как вполне жизнеспособный организм и даже пытается задавать ему ход развития. Идеологи СНГ нет-нет, да и глянут в сторону ЕС: ухватить кусочек опыта. Так что на почву Содружества оттуда залетают семена "наднациональности", "разноскоростной интеграции", регулярных саммитов стран-участников. Да и сама структура власти СНГ (если это можно назвать властью) внешне напоминает европейскую. Однако все эти семена не приживаются на нашей почве или дают какие-то чахлые всходы, мало похожие на оригинал.

Скажем, наднациональность – ключевое качество ЕС, позволяющее проводить общую политику решением большинства голосов стран-членов. В СНГ отвергнуто, как вредное измышление: ведь ради него государствам необходимо поступиться частью своего суверенитета. А суверенитет для бывших республик СССР – это по-прежнему то самое "сладкое слово "свобода", ради которого, собственно, и боролись они со своим прошлым.

Или вот саммит СНГ – тоже удивительное явление. Главы стран Содружества, по наблюдениям обозревателей, встречаются не затем, чтобы решить какие-то общие проблемы (у каждого своих проблем хватает!), а чтобы повидаться, поговорить, опять же, по интересам. Вот и выходит, что основная смысловая нагрузка нынешнего саммита пришлась на встречи Путин – Лукашенко, Путин – Шеварднадзе, "кавказской четверки" и т.п. Сообща странам СНГ обсуждать оказалось решительно нечего, кроме своего славного 10-летнего прошлого и ситуации вокруг Афганистана.

"Разноскоростная интеграция" в условиях СНГ тоже понимается оригинально. В ЕС она позволяет наиболее продвинутым странам развивать новые интеграционные инициативы (вроде валютного союза), не дожидаясь остальных, и это создает эффект локомотива, за которым тянется весь состав. В СНГ же получается, что все едут не только с разной скоростью, но и в разные стороны.

Кроме того, многие подмечают, что и локомотива-то у нас нет. То, что этим локомотивом может быть только Россия, признают все. Однако никто не хочет видеть ее в этом качестве. Все стремятся оградить свои маленькие, но гордые суверенитеты от российского влияния, поднимают скандал при любом подозрении на их ущемление. А Россия, кажется, только и делает, что пытается никого не задеть на тесном постсоветском пространстве. Она, как полагают политологи, стремится развеять миф о своих имперских амбициях. Однако получается это у нее так же изящно, как у слона в посудной лавке.

Одним словом, не клеится что-то у нас интеграция. И дело тут не только в отсутствии лидера. В СНГ не находится мотивов, побуждающих к объединению (как в ЕС – построить общий рынок и "более тесный союз народов Европы"). Нет, в сущности, и общественных сил, которые подталкивали бы страны СНГ к интеграции. Политические элиты (в том числе и российская) нацелены в лучшем случае на сплочение отдельных "кусочков" постсоветского пространства: для одних это Евроазиатское экономическое сообщество, для других – ГУУАМ. Сами "общества" стран СНГ местами ностальгируют по единой стране, местами – не очень и, не рассуждая о перспективах интеграции, ездят в Россию на заработки.

Впрочем, некоторые полагают, что объединяющая политическая сила в СНГ все же есть – это русскоязычное население бывших советских республик. До сих пор оно мало проявляло себя, выступая пассивным и зачастую страдальческим элементом политического развития стран СНГ. Однако свое слово этот элемент еще скажет, весь вопрос – какое? Не свелось бы оно к банальному сепаратизму, как в случае с семиреченскими казаками.

А ведь среди российских политиков уже звучат призывы типа: "Пора создавать в странах СНГ пророссийское лобби" (Дмитрий Рогозин). Это опасный лозунг, его можно трактовать и как призыв к возрождению пресловутых имперских амбиций. Здесь бы мудрости набраться и терпения! Если уж решили забыть об империи, то не следует искать новые способы подчинить своей воле волю собратьев по Содружеству. Это, извините, чистой воды эгоцентризм в геополитическом масштабе.

В СНГ, конечно, все вступили добровольно. Но увы! – нынешнее Содружество не более чем пустая оболочка, формально объединяющая 12 стран. Если СНГ и состоялось, то пока только как "идеологическая ширма, механизм бархатной дезинтеграции Советского Союза" – так считает зампредседателя комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев (фракция ОВР). Но ведь пустота – явление наполнимое. Для возникновения настоящего Содружества существующую оболочку можно и нужно чем-то наполнить, а именно – экономикой, политикой и интеграционной идеологией.

"У нас, – считает Нурсултан Назарбаев, – имеется большой опыт совместного проживания, одинаковый, в общем-то, менталитет и один, объединяющий язык – русский". "Русскость" и может стать для СНГ объединяющим началом, но только после окончательного выветривания ассоциаций русского с советским и при очень деликатной политике Москвы. Ведь для интеграции нужно не подминать партнеров под себя, а создавать (над собой или вокруг себя) такое политическое, экономическое и идеологическое пространство, в которое они вошли бы по собственной воле.

Известный американский политолог, бывший сотрудник Совета национальной безопасности США Эндрю Вайс рассуждает так: "В самой идее Содружества независимых государств было много фальши, поскольку пользу в ней видела только Москва, пытавшаяся доминировать на бывшем советском пространстве. До тех пор, пока другие члены СНГ не ощутят, что сотрудничество в рамках СНГ приносит им выгоду, эта организация останется мертворожденной структурой". Так что нам остается ждать: или развитие экономики сблизит страны СНГ, или в них народится политическая сила, готовая к интеграции "на русских началах". Звучит примерно так же, как "или осел умрет, или падишах". Но надо надеяться на лучшее.