В Москве обсудят "последний шанс"

Сколько разных способов реинтеграции уже опробовано на многострадальном постсоветском пространстве! Тут и аморфное, ни к чему не обязывающее СНГ, и противостоящие друг другу ГУУАМ с ЕврАзЭСом, и незадачливый Таможенный союз, и квазигосударство России с Белоруссией, и ЦАЭС, и ДКБ, и еще бог весть какие аббревиатуры. Но суть одна: возникновение всё новых форматов интеграции говорит о том, что ни один из существующих не устраивает участников. Интеграция, прежде всего экономическая, по-прежнему буксует. Об этом наглядно свидетельствует тот факт, что из общего объема накопленных в РФ иностранных инвестиций на долю стран СНГ, по данным Госкомстата за прошлый год, приходится 0,12%, а сама Россия вложила в СНГ целых 2,5% от инвестированных за рубежом средств. Во внешнем товарообороте РФ страны ЕврАзЭС занимают 10%, а СНГ в целом – 25%. Если вспомнить, что на Европу у нас приходится более 50% внешней торговли и оттуда же к нам поступает значительная доля инвестиций, то возникает резонный вопрос: а с кем, собственно, интегрируется Россия? Аналогичный вопрос, очевидно, можно поставить в отношении большинства стран, некогда составлявших "народное хозяйство" СССР. И ответы будут самые различные.

Недавно к списку форматов постсоветской интеграции прибавилось (пока в виртуальном виде) Единое экономическое пространство (ЕЭП) России, Белоруссии, Казахстана и Украины. С легкой руки российского вице-премьера Виктора Христенко это новообразование получило подпольную кличку "последний шанс интеграции". Возможно, что под этим названием оно и войдет в историю. Как бы то ни было, 16 апреля представители "четверки" соберутся в Москве, где им будет представлена концепция нового интеграционного проекта.

Что представляет собой этот проект: отчаянную попытку склеить давно разбитый сосуд советской экономики или же продуманный, основанный на всём предыдущем опыте план реальной экономической интеграции? Кажется, что и то, и другое. Реалии таковы, что ряд ключевых фигур постсоветского пространства, таких как Украина и Россия, всё более отдаляются от остальных евразийских своих братьев. Их притягивает к себе Европа. И у "братьев" ориентация меняется: их манят к себе близкие по крови или по духу Китай, Иран, Турция... Одним словом, надо спасать всё, что еще можно спасти в СНГ, а то будет поздно.

Но с другой стороны, предшествующее десятилетие не прошло даром: страны СНГ поняли, как не надо интегрироваться. В частности, не надо ни на кого давить авторитетом, не надо пытаться объединить всех сразу, не надо позволять вагонам одного поезда ехать с разной скоростью. В новой концепции отрицательный опыт как-то учли. И еще: насмотревшись на Европу, наши стратеги поняли: в интеграции необходима дисциплина! Нужен орган, который следил бы за тем, как государства исполняют взятые на себя обязательства, имел бы власть наказывать нерадивых и вообще регулировал бы некоторые сферы их экономик. На таких принципах построен Европейский союз – им руководят наднациональные органы, определяя практически всю экономическую политику Европы.

Итак, вместе с новой Концепцией в нашу жизнь войдет понятие "наднациональность". ЕЭП будет управляться неким органом, которому государства-участники добровольно передадут часть своих полномочий по регулированию экономики. Экс-республики СССР уже порядком "набаловались" своим драгоценным суверенитетом, так что такая идея не вызвала у них особого неприятия. Взамен четыре страны хотят получить другие четыре свободы: передвижения товаров, услуг, капитала и рабочей силы. Планируют также ввести единую валюту: начнут это дело Россия с Белоруссией в 2005 году, а затем к ним присоединится Казахстан (в 2007 году он перейдет на единую валюту в безналичных расчетах, а к 2011 – и в наличных). В общем, всё будет как в Европе!

Важно отметить еще одно обстоятельство – состав ЕЭП. За прошедшее десятилетие в интеграции были испробованы самые разнообразные комбинации из двух, трех, четырех и более стран СНГ. Теперь все уже знают, кто чего стоит и от кого чего можно ожидать. Так вот, состав этой четверки можно признать удачным – партнеры подобрались не то чтобы слишком лояльные, но зато реально заинтересованные друг в друге. В этом заключается потенциальная возможность их интеграции. Кроме того, Россия, Белоруссия, Казахстан и Украина обладают самыми развитыми экономиками в пределах СНГ: на их совокупную долю приходится 94% валового внутреннего продукта Содружества и 88% его товарооборота. Эти четыре страны представляют собой наиболее крупные фрагменты того самого расколовшегося сосуда. Но главное: сегодня есть чем склеить этот сосуд – нефтью и газом. Обрабатывающая промышленность и всякие высокие технологии – это, увы, вторично.

В дальнейшем, как полагают авторы концепции, к частично восстановленному экономическому сосуду легче будет присоединить и другие, меньшие части. Скажем, Туркмению с её газом. В идеале же "продвинутая" интеграция в форме единого экономического пространства постепенно распространится на все форматы: сначала на "четверку", потом – на ЕврАзЭС, а потом и на СНГ. Хотя, надо сказать, подобные планы уже строились в отношении другого начинания – союза России и Белоруссии. Который, увы, не только не расширился, но толком даже и не состоялся.

Нынешний проект тоже вызывает у многих сомнения. Даже Виктор Христенко, отмечая объемистость Концепции, заметил, что она содержит "очень много скобок". Очевидно, что многое осталось за этими скобками. Но, как говаривал Наполеон, "главное – ввязаться в бой, а там посмотрим...". Ведь с появлением проекта концепции ЕЭП будет дан старт переговорам по подготовке соответствующего соглашения. Хорошо, если в нем скобок будет меньше. А то, помнится, в середине 90-х в СНГ говаривали о наднациональности (в связи с созданием Таможенного союза), но за разговорами как-то невзначай оставили её за скобками. Если и на этот раз государства окажутся не готовы делегировать часть своего суверенитета наднациональным органам – вся затея окажется напрасной: ни четырех экономических "свобод", ни единой валюты, ни синхронности развития экономик нам не видать.

Другая проблема – её признают едва ли не самой главной – это процесс вступления стран будущего "пространства" в ВТО. До сих пор каждый шел туда своими нетореными путями и согласовывал условия вступления как мог. Теперь эксперты будут выяснять, кто и куда в итоге забрел и можно ли ещё как-то сблизить переговорные позиции стран "четверки". Но "переиграть уже достигнутые договоренности, скажем, с ЕС, особенно в сторону повышения, вряд ли удастся", полагает Виктор Христенко. Так что возможность унификации таможенных пошлин четырех стран пока под вопросом. А без этого единое экономическое пространство не построишь.

Как бы то ни было, очередная новая концепция у нас уже есть. Дело за малым – нужно разработать соглашение. На это стратеги интеграции отвели себе менее полугода: уже в сентябре они рассчитывают представить президентам четырех стран проект договора. Причем его наверняка подготовят к сроку, а президенты – подпишут с большим энтузиазмом. Как и все предыдущие "форматные" соглашения. Остается только надеяться, что страны постсоветского пространства не запутаются в своих многочисленных интеграционных объединениях. А то дело может обернуться настоящей "войной форматов".