Художественное толкование сновидений

Первым человеком, которому нанес визит в культурном Париже молодой испанский провинциал Сальвадор Дали, был его прославленный соотечественник Пабло Пикассо. "Я пришел к вам прежде, чем посетить Лувр", – самоуверенно заявило юное дарование. На что великий маэстро снисходительно ответил: "И правильно сделали".

Удачное знакомство с великим художником сыграло свою счастливую роль в судьбе Дали и оказалось особенно кстати для поклонников его творчества: именно с легкой руки Пикассо будущий отец-основатель сюрреализма приобщился к искусству графики и оставил своим благодарным потомкам множество гравюр.

Все началось с того, что молодой Дали воспользовался соблазнительным предложением Пабло Пикассо завершить начатые им композиции. И добился таких успехов на этом поприще, что мастер рекомендовал молодого художника швейцарскому издателю Альберту Скира, искавшему иллюстратора произведений Лотреамона. Для оформления будущей книги Дали выбрал технику офорта: сложная, кропотливая работа, требовавшая твердой руки и точного глаза, как нельзя лучше соответствовала его характеру и темпераменту. Иллюстрации к "Песням Мальдорора" останутся самым значительным и цельным проектом в ряде гравюр Дали. Более того, поэма Изидора Дюкаса, известного как граф Лотреамон, наряду с "Толкованием сновидений" Зигмунда Фрейда, оказала огромное влияние на становление Дали-сюрреалиста. Иллюстрируя в 1934 году Лотреамона, он фиксирует неадекватные, рожденные собственной фантазией образы. Впоследствии придуманные во время работы над офортами "мягкие часы" станут одним из самых удачных и котирующихся у публики образов его картин.

Надо заметить, что первая книга с иллюстрациями Дали была издана тиражом всего в 100 экземпляров и не произвела особого фурора, лишь знакомство художника с Пьером Аржиле спасло от утраты ранние офорты мастера.

Известный французский издатель и коллекционер, страстный поклонник и пропагандист творчества дадаистов и сюрреалистов, Пьер Аржиле еще в 1980 году открыл собственный уникальный музей сюрреализма. Произведения Ханса Арпа, Тристана Тцары, Андре Бретона и Сальвадора Дали вольготно расположились в стенах отреставрированного средневекового замка Во-ле-Пениль близ Фонтенбло. А первые работы еще не оцененного в Европе Дали коллекционер приобрел в 1934 году на выставке в Нью-Йорке. Это были пластины для того самого цикла офортов "Песни Мальдорора".

В дальнейшем по совету Пьера Аржиле Сальвадор Дали создал еще десять графических серий, которые принесли ему славу блестящего графика: "Мифология", "Хиппи", "Сюрреалистическая тавромахия", "Фауст" и другие.

Но и в расцвете славы тень гениальных конкурентов-соотечественников не давала покоя модному сюрреалисту. Подобно великим испанским мастерам, Гойе и Пикассо, Дали обращается к традиционному национальному сюжету, посвященному битве человека с быком – тавромахии. Взяв за основу сцены из гравюр учителя, Дали создает свою "сюрреалистическую тавромахию", где рыбы и попугаи выступают в роли тореадора, мечутся горящие жирафы, а бешеные химеры неумолимо врываются в пространство листа.

В 2004 году исполняется сто лет со дня рождения Сальвадора Дали. По этому случаю во всем мире проходят выставки, посвященные его жизни и творчеству. В российских собраниях нет картин Дали, зато в ГМИИ имени Пушкина хранятся 60 офортов, переданных в дар Музею в 1989 году Пьером Аржиле. На выставке "Офорты Сальвадора Дали" представлены как листы из известных графических серий, так и отдельные работы.

Сальвадора Дали можно без преувеличения назвать самым популярным художником нашей планеты. Даже люди, в целом равнодушные к искусству, внимательно изучают его биографию и готовы часами созерцать его произведения. Почему же одно только имя Сальвадора Дали и по сей день завораживает? Исчерпывающий ответ на этот вопрос оставил потомкам сам художник: "Я полная противоположность героя лафонтеновской басни "Волк и пастух". Ибо в своей жизни, еще в молодости, я совершил множество сенсационных открытий. И нынче, что бы я ни замышлял, скажем, представление литургического боя быков, в котором отчаянные попы отплясывают перед разъяренным быком, который после боя возносится на вертолете в небеса, – все, кроме меня, верят в этот проект, который, что самое удивительное, реализуется".