Первые отзывы россиян - очевидцев безумств "Катрины"

НА ФОТО Настя Дудка и Света Свирь

Сегодня установлено местонахождение 98 россиян, оказавшихся в районах, которые пострадали от урагана "Катрина". Никто из них не нуждается в серьезной медицинской помощи, однако многие сильно устали и пребывают в стрессовом состоянии. Оно и понятно. Стать очевидцем таких жутких событий врагу не пожелаешь. Но они пережили катастрофу и первым делом после спасения поспешили позвонить родственникам в Россию, чтобы рассказать о своих злоключениях. Некоторые описали свои впечатления в LiveJournal.

Настя Дудка и Света Свирь, пятикурсницы Белгородского госуниверситета: "Мы поехали в Новый Орлеан работать и учить английский. Устроились официантками в местный отель. Удар "Катрины" застал нас на рабочем месте. Света сразу позвонила в Белгород маме Марии Николаевне и сообщила, что будет переносить картины и мебель на верхние этажи. Охрана боится мародеров. В пятницу у сидевших в отеле людей кончились вода и пища, отключилось электричество. А в двери ломились вооруженные до зубов "отморозки" из местных уличных банд. Мародеры палили из пистолетов и ружей по полицейским. Полиция не уходила от отеля, но и не высовывалась. Ночь на воскресенье была страшнее всех. Прямо война началась... В город вошла армия. Солдаты стреляли в мародеров из автоматов. С трудом отогнали эту толпу в сотню человек от входа в отель. Нам дали пять минут на сборы, мы бросали вещи в автобус как попало. А "отморозки" кидали в нас пустые бутылки. Когда выезжали из квартала, бандиты пытались штурмовать автобус, били палками в стекла. У них были дикие, безумные лица".

Ольга Вяткина, третьекурсница факультета иностранных языков Тамбовского госуниверситета: "На летних каникулах решила съездить в Новый Орлеан вместе с тремя друзьями: Софьей Козловой, Максимом Котом и Сергеем Соломатиным по программе "Старт тревел". За то, чтобы "увидеть Америку", пришлось заплатить 80 тыс. рублей. Это гигантские по тамбовским меркам деньги. Но я надеялась заработать и вернуть долг родителям. По контракту мне было обещано, что после обязательной трудовой части программы я поеду путешествовать. Нас с Соней устроили в парк аттракционов в Новом Орлеане.

Мы работали, как крепостные, по 11—12 ч в сутки, хотя по программе "Старт тревел" было обещано не более 30 ч в неделю. На минуту присесть нельзя было. Следили за нами охранники по видео. Если перестанешь "зазывать" людей на аттракционы, то надзиратели сразу кричать начинают. За малейшие провинности нас грозились отправить работать на кухню, в сорокаградусную жару. Мы звонили домой со слезами на глазах. Родители пытались помочь, как могли. Присылали справки, что дочкам нельзя столько трудиться. А американцы предупреждали: если бросят работу — из страны сразу депортируем. Через месяц мы ушли трудиться в местный ресторанчик официантками. Вроде бы были довольны. Родители ждали нас в конце сентября. Накануне урагана мы позвонили в Россию, рассказали, что сейчас свои вещи на второй этаж переносим, заколачиваем все окна и собираемся переждать "Катрину" дома, а не идти на стадион, как все. Целую неделю не было возможности позвонить маме, но я позвонила, как только смогла. Это произошло в аэропорту, когда мы ждали самолета домой".

Дмитрий Рукавишников, студент Астраханского государственного технического университета: "Вместе с другом Сергеем Егоровым мы долгое время находились в гостинице. В расположенном рядом, на пригорке, здании разместились еще около 100 студентов из России. Город был затоплен, но вода и еда у нас были. Единственная проблема, которая возникла – это отсутствие наличных денег, поскольку все ближайшие банкоматы были разграблены, а банки не работали".

Влад Шурыгин в своем дневнике на LiveJournal приводит разговор с товарищем, который вырвался из затопленного Орлеана: "Это ужасно! Я себе просто представить не мог ничего подобного. Когда власти сказали "Надо эвакуироваться!" большинство горожан, как обычно, не отреагировали. Напрасно. Вода накрыла город капитально. Процентов 50% под водой. Все системы коммуникаций залило. Света нет, связи нет, воды нет. Работают спутниковые телефоны и несколько сотовых, где еще аккумуляторы не сдохли.

Но самое главное – залило всю канализацию. В холодильниках все гниет, вода стоит на улицах от 3 м, земля раскисает и превращается в болото. В первые дни еще можно было ходить, а сейчас, если под ногами окажется газон, – проваливаешься еще и в грязь. Смрад дикий. Смесь гари и тухлятины. Улицы стали каналами. То и дело ветром по большим улицам медленно проносит трупы всяких животных. Да что там животных. Трупы людей в первые дни плавали как бревна. Я видел троих. Толстая старая негритянка в памперсах, белый с пробитой башкой и кто-то вообще неузнаваемый. В грязи и обогревший.

Американцы как дети. Выживаемость у народа на уровне детского сада. Все тупо живут на купленных запасах еды и воды. Когда все заканчивается - начинается истерика. Люди бегают по крышам. Орут, визжат, к небу руки тянут. Я пытался объяснить, что если совсем плохо – нужно разводить огонь и кипятить любую воду, а при элементарном умении просто дистиллировать пар.

Полиции и прочих властей вообще не видно. Здешние полицейские уехали вместе с семьями, причем на служебных машинах с мигалками... Я решил, что пора бежать. Нашел на чердаке старый надувной детский бассейн. Сложил немного одежды в мусорный мешок, ноутбук и документы - в другой. Сколотил весло из длинной рукоятки швабры и разделочной доски. Ну и поплыл.

На углу улицы увидел вдали амфибию военных. Стал кричать. Они подплыли. Оказались Национальной гвардией. Подняли меня на броню. Встретили хмуро. Все косились на мешки. Пришлось распечатывать, показывать. Только тогда успокоились и дали бутылку воды".