Кражи в Эрмитаже происходили по странному закону

Вот уже несколько недель правоохранительные органы двух столиц расследуют дело о хищении экспонатов Эрмитажа. И с каждым днем все больше запутываются. Несмотря на кажущуюся ясность – вот подозреваемые, вот украденный потир, вот икона, что еще надо для правосудия? – история все-таки вышла темная.

Во-первых, непонятно, как работали воры – тащили что ни попадя, или же выполняли приказ некоего таинственного "мозга" группировки. Во-вторых, совершенно невероятным представляется, что руководство музея могло не замечать утечку на протяжении стольких лет. И, конечно же, главной загадкой остается структура банды.

Следствие пока затрудняется ответить на эти вопросы, а вот у директора Эрмитажа Михаила Пиотровского есть кое-какие соображения. К примеру, Пиотровский сомневается в профессиональности грабителей. "Специалист так не набирал бы, - говорит он, имея в виду некоторую сумбурность краж. – Среди похищенных вещей есть вилки, ложки и даже поддельные фигурки Фаберже, которые хранились, чтобы студентам показывать, какие подделки бывают".

Согласитесь, настоящий антиквар не стал бы мешать ложки с бесценной церковной утварью. Хотя, на гору музейной мелочи в списке краденого приходится несколько очень дорогих вещей. "Если пару таких продать, то человек может потом жить на Канарских островах и не таскать всего остального", - так Пиотровский обозначает их примерную стоимость.

Все хорошо, но что-то не так. Что-то тут не чисто. Конечно, "семейная" версия выглядит достоверной и, пожалуй, пока альтернатив ей нет, но, по мнению директора музея, "только с помощью семейного вытаскивания вещей такие вещи не происходят". Такие вещи происходят только с помощью других вещей: "Эти пропажи шли в течение нескольких лет, мы ничего не знали. Есть ощущение, что кто-то другой знал", - продолжает Пиотровский. Кто этот "другой", естественно, также неизвестно.

Вот и получается, что ничего не получается. С помощью такой вот школьной пошлости опишем состояние дел на текущий момент. А что до обвиняемых, то их уже четверо – муж скончавшейся хранительницы, на которую сначала повесили все злодеяния, его сын и безымянный питерский антиквар, а также четвертое подозрительное лицо. Все они проходят по статье 158 УК РФ (часть 4: кража в особо крупных размерах).

"Тут должно быть много ниточек, которые следствие, надеюсь, распутает", - говорит Пиотровский. Генпрокуратура и МВД прикладывают к этому все усилия, в то время как руководство Эрмитажа клянется модернизировать свои хранилища во избежание новой "кражи века".