Вадим Жук: "Я всегда был школьным треплом"

"Yтро": Вадим, Вы и актер, и режиссер, и драматург, и поэт, и конферансье, и театровед... Но сами-то кем себя ощущаете в первую очередь?

Вадим Жук: Моя любимая профессия – ведущий. Я люблю вести какие-либо вечера, творческие встречи, когда не нужно заранее готовиться, писать тексты. Я лентяй.

"Y": Слово "конферансье" Вы не любите? На мой взгляд, этой профессии в чистом виде сейчас не осталось. В книгах по истории эстрады выдающимися конферансье называют Михаила Гаркави, Николая Смирнова-Сокольского, Алексея Алексеева. Когда я о них читаю, вспоминаю Вас – так импровизировать, работать с публикой сегодня можете только Вы.

В.Ж.: Я не люблю слово "конферансье", оно предполагает ведение концерта. А современную эстраду я ненавижу. Мне импонирует разговор с залом, я уважаю актеров и никогда не скажу публике: "Встречайте!". В этом случае меня сразу нужно будет повесить. Нельзя просить никого хлопать; актера нужно любить, и зрители должны проникнуться к нему твоей любовью. Особенно это важно, когда я не на государственной сцене, а на фестивале – на том же "Кроке" или в Суздале. Мне в охотку создавать из людей единство.

"Y": А юмор какое место занимает в Вашей жизни? С какого момента Вы решили сделать его своей профессией?

В.Ж.: С детства. Я всегда был школьным треплом. Учителя даже на меня не сердились. Они понимали, что во мне хохмачество от природы, а не от злости или желания сорвать урок. Но бывало, что за дверь все-таки выставляли.

"Y": Ощущаете дискомфорт, когда в компаниях от Вас ждут шуток, острот?

В.Ж.: Не люблю, когда ждут. Юмор – вещь всегда внезапная, шутку нельзя подготовить. Более того, я практически никогда не рассказываю анекдоты – я их даже не запоминаю. Мне можно один и тот же анекдот рассказывать много раз!

"Y": Недавно вышел Ваш поэтический сборник "Стихи на даче". С удивлением обнаружил там много лирики, грусти, подведения итогов... С какого возраста начинаются эти невеселые мысли?

В.Ж.: Я бы сказал, что здесь дело не в возрасте, а в определенных событиях, обстоятельствах... Я стал задумываться обо всем этом после того, как ушла из жизни моя первая жена. Все вдруг стало очень серьезным. В такие моменты человеку свойственно задумываться, искать оправдания событиям, думать о собственном будущем...

"Y": Если говорить об итогах – довольны ли Вы спектаклями, которые шли или идут по Вашим пьесам?

В.Ж.: Когда смотрю, всегда не нравится, потому что режиссер увидел твой замысел по-другому, и артисты играют по-другому. И всегда нравится, потому что это все равно твое! Здесь двойственное чувство. Во многом это действие придумал именно ты, но на сцену его перенесли по-другому. Ведь у меня режиссерский опыт связан только с театром "Четвертая стена", где я ставил только свои тексты. Чужие я не беру – из-за уважения к ним.

"Y": Ну а ближайшие планы каковы?

В.Ж.: Сделать книжку текстов капустников. Издательство ждет. Но для этого нужна усидчивость.