С такими врагами друзей не надо

Враг государства №1: легенда (Mesrine: L'ennemi public №1)
Франция, 2008
Режиссер: Жан-Франсуа Рише
В ролях: Венсан Кассель, Людивин Санье, Матье Амальрик, Жерар Ланвен

Один из самых известных преступников Франции 1970-х гг., Жак Меран (Месрин в английской транскрипции), жизнь прожил настолько "героическую", что грех было на нем не подзаработать. Когда-то вдохновленный похождениями "врага государства №1", как его именовали борзописцы эпохи сексуальной революции, великий Годар хотел снять сиквел "На последнем дыхании", но у него случился творческий кризис, и идея надолго легла под сукно. Годы шли, история начала забываться, но тут продюсеры нашли фантастические для Европы $80 млн, дабы оживить знаменитого преступника, расстрелянного в 1979 г. переодетыми полицейскими прямо на глазах удивленных парижан.

Съемками первоначально должен был заняться не кто-нибудь, а сам Барбет Шредер, но что-то не сложилось, и фильм поставил малоизвестный ремесленник Жан-Франсуа Рише.

Тем, кто смотрел первую часть "Врага" и из любопытства решится взглянуть, как закончит свои подвиги бешеный Меран, следует знать, что ничего нового, чего бы они не видели в первой серии, тут нет. Рише снимал один большой фильм с раскрученной звездой Венсаном Касселем. В первой части в эпизодах снялся Жерар Депардье, но его героя убили, и на это место (крутого крышующего мафиозо) встал Матье Амальрик, недавно засветившийся в "Кванте милосердия" в роли главного "плохиша". Кроме этих двоих и Людивин Санье узнаваемых актеров в фильме нет. Остается только гадать, куда и на что пошли вышеупомянутые миллионы, поскольку ни особых эффектов, ни сколь-нибудь внятной кинематографической идеи в этом фильме также не обретается.

Что больше всего удивляет, так вовсе не дурацкий грим Касселя, не пресловутые 20 лишних килограммов, набранные им, чтобы больше походить на своего героя, и даже не отсутствие в кадре напрашивающейся Моники Белуччи (Меран был настоящим донжуаном, а жена Касселя – самая красивая современная европейская звезда), а полнейшая сюжетная беспомощность этой истории.

В первой части картины было не ясно, за что этого мелкого бандита так уважала пресса, пока в его жизни не приключился побег из канадской тюрьмы, где заключенных сильно мучили (по западным меркам, естественно, типа – за хамство сажали в карцер). Меран, после того как средь бела дня покинул застенок, перекусив клещами проволочный заборчик во дворе, и удрал в ближайший лесок с десятком сообщников, не только не залег на дно, а повел себя более чем цинично. Чтоб, значит, подлым копам неповадно было, а то, ишь, сидят, осужденных охраняют, сволочи, Меран вернулся и при всем честном народе штурмовал пенитенциарное заведение, расстреляв половину охраны и снискав себе славу чуть не Че Гевары. Попутно нам показывают, как великий грабитель с легкостью отбирает деньги в мелких сберкассах, невесть откуда раз за разом доставая из пустых карманов целый армейский арсенал – вплоть до автоматов "Узи", винтовок М-16 и противотанковых гранат.

Вторая часть полотна о похождениях Мерана ничего нового к этому стилю не добавляет. Зачем фильм разбили надвое, с точки зрения сюжета не понятно. Все такой же размах ограблений ради пары сотен франков, немотивированная жестокость, минометные взрывы средь бела дня, тотальное отсутствие полиции – до поры, конечно. Когда надо, пришли оперативники с набережной Орфевр и замочили героя практически в сортире, собственно, как оно и было "в жизни".

Но до той поры враг Франции и Канады "number one" навел шороху, причем не только среди добропорядочных держателей валюты и драгметаллов, но и в сердцах своих многочисленных почитателей, решивших, что им явился новый Робин Гуд, - что только кинематографическим пером и описать. К тому же наш супермен был объектом бесконечной любви подельниц, отцом троих детей и обладателем совершенно не характерной для французов манеры общаться с прекрасным полом: "Молчи, женщина, когда джигиты разговаривают". В общем, идеальный мачо, хладнокровный убийца, икона гангстерского стиля и неуловимый Джо в одном флаконе.

И что самое печальное: ни одной шутки, ни даже намека на юмор на протяжении четырех часов этой гигантской эпопеи. Одна сплошная жуть, муть и немотивированное насилие. Вот как умудряются режиссеры на родине кино снимать такие девственно чистые с точки зрения вкуса, концепции и элементарной занимательности ленты спустя сто с лишним лет развития кинематографа – уму непостижимо. Выходишь из зала усталый, удрученный, с плохим настроением, и не в результате сопереживания персонажам, а потому что "работа такая" – смотреть слабое, беспомощное кино, где все могло бы быть хорошо, возьмись за дело человек с авторской идеей. Но – увы.

В прокате с 11 декабря