Нейросети
- Маркировка текстов Claude меняет правила корпоративной переписки
- ИИ-агенты начали ослаблять программный барьер Nvidia вокруг платформы CUDA
- ИИ вышел из «песочницы»: как Claude атаковал три реальные компании во время тестов
Ольга Хухрина, как и многие другие заложники, заявляет, что никакого "стокгольмского синдрома" не было: "Сейчас смотрю телевизор и удивляюсь: все говорят о "стокгольмском синдроме", которого в зале на самом деле не было. Я не замечала, чтобы кто-то к боевикам относился с симпатией. Мы наоборот пытались как-то друг друга поддерживать. Сидевший рядом со мной продюсер "Норд-Оста" Васильев вообще постоянно шутил. Сначала рассказывал анекдоты. Потом какие-то девушки ему заметили, что мюзикл они смотрели в первый раз, и им бы хотелось все-таки его досмотреть. На что он уже совершенно серьезно пообещал, что всех заложников будут теперь пускать на спектакль в любой день, если они, конечно, сами захотят прийти".
Украинка Елена Ярощук утверждает, что террористы, вопреки сообщениям СМИ, не употребляли наркотики и не разрешали заложникам курить: "Если они что-либо и употребляли, то не на наших глазах. Они не курили и запрещали это делать заложникам. За мной сидел парень, который, не выдержав, принялся нюхать незажженную сигарету. Чеченка спросила: "Что ты делаешь?" - "Нюхаю. Вы же не разрешаете курить". - "Спрячь! Еще раз увижу - расстреляю!"
Другая бывшая заложница, Елена Федотова, сообщает другую информацию: "Сами бандиты не ели, принимали только какие-то таблетки". Террористов Елена описывает так: "Нас охраняли постоянно 10 человек. Четыре женщины и шестеро мужчин. Другие приходили и уходили. Главарь Бараев был все время внизу. Трое из наших охранниц были в маске. Одна - самая молодая - лет 16-ти, с открытым и с каким-то очень детским лицом. В черной одежде и в черном платке, прикрывавшем лоб. Но она была самой жестокой. Нас бандиты сами предупредили: "Она, мол, воспитана в мусульманском духе, ярая исламистка. Дадут приказ взорвать, выполнит сразу. И это будет для нее счастьем".
13-летняя Маша Седых называет террористов "сумасшедшими" и "дебилами". "Они появились на сцене сразу после антракта и принялись палить в воздух - эти дебилы в камуфляже и черных масках. Вслед за ними появились чеченские женщины. Я насчитала по меньшей мере пятерых, каждая из которых держала в одной руке пистолет, в другой - бомбу. Они сказали, что их взрывчатка бьет на 200 метров. Затем эти дебилы со сцены потребовали, чтобы мужчины и женщины расселись по разные стороны, и пригрозили, что взорвут все, если Путин не прекратит войну в Чечне. Я подумала: "Это конец", тогда как мама все повторяла: "Спокойно, спокойно..." У многих началась истерика - и чеченки грозили начать тут же убивать их, если те не успокоятся".
Анна Адрианова стала свидетельницей того, как в первый вечер в зал ворвалась женщина, тело которой было найдено на следующий день. Убивали ее не на глазах других заложников: "В первую ночь в зал вбежала светленькая девушка и начала ругать чеченцев. Те сидели в верхних рядах, силой посадил ее рядом с собой. Она продолжала вести себя агрессивно. Затем они на весь зал громко объявили: эта девушка заслана спецслужбами, и ее надо расстрелять. Ее вывели за дверь, и раздалось несколько выстрелов".
Вообще террористы, по словам бывших заложников, вели себя спокойно, пока их не начинали провоцировать. В первую ночь бандиты были уверены в себе, но потом начали нервничать. "Поздно вечером в пятницу обстановка накалилась до предела. А в полночь у одного молодого человека из задних рядов не выдержали нервы. Он вскочил со своего кресла и по спинкам, перепрыгивая через головы людей, бросился к большой бомбе, которая была в центре зала. Террористы открыли по нему огонь из автоматов и ранили двух человек, мужчину и женщину. Мужчина потом умер в больнице, а о судьбе раненой женщины я ничего не знаю", - говорит Ольга Хухрина.
Елена Ярощук сообщает любопытный факт: некоторым заложникам удалось сделать несколько фотографий: "Вообще-то нам не разрешали фотографировать. В какой-то момент то ли по радио, то ли по телевидению прозвучало, что все происходящее во Дворце не секрет для тех, кто снаружи, и террористы принялись нас тщательно обыскивать. Боясь, что где-то вмонтированы датчики или другие средства передачи, они заставляли нас снимать часы, отбирали плееры, радиоприемники, телефоны. Выложив из сумки калькулятор, я нашла в ней фотоаппарат, о котором забыла напрочь. Когда на видеокассету снималось живое письмо заложников Путину - нашу просьбу вывести войска из Чечни, я рискнула спросить у одного террориста, можно ли мне пофотографировать украинцев. Он согласился, только предупредил, чтобы была осторожна со вспышкой - если ее заметят внизу, будут проблемы. Я снимала, стоя спиной к сцене. Наверное, заметь другие чеченцы вспышку, в лучшем случае отобрали бы пленку, а в худшем..."
То, что транслировалось по телевизору, очень раздражало террористов. Многие заложники, в том числе Елена Федотова, негативно относятся к тому, как работали журналисты: "Передавали много ненужного. Например, вспоминали хронику захвата заложников и каждый раз сообщали, сколько было убито при этом человек. Вы не представляете, как это нас нервировало и как заводило террористов Бараева. Потом прошло сообщение, что якобы Масхадов не имеет никакого отношения к захвату. Бандиты вовсю смеялись этому и перемигивались. Они нам говорили, что ждут звонка из Чечни. Как я поняла, от того же Масхадова с сообщением, что войска выводят... Я говорила своим охранницам, что это быстро не сделать.
Потом Цекало по телевизору зачем-то сказал, как можно незаметно пройти в здание театрального центра. Бандиты стали немедленно срывать панели облицовки на стенах и потолке в поиске вентиляционных труб. Находили и сразу же их минировали... В прямой передаче показали, как спецназовцы пытаются проникнуть в здание..."
О штурме заложники могут сказать немного - все они почти сразу потеряли сознание и очнулись в больничных палатах.
По информации газет "Комсомольская правда", "Труд", "Известия", "Московский комсомолец", "Коммерсантъ".
Политик предложил "давить" на Москву сразу по нескольким направлениям
Киев пытается выяснить, кто ввел ограничения, сорвавшие работу беспилотников
Нежный клафути со сливами: французский десерт для осеннего чаепития дома
Судьба готовит сюрприз после 3 ноября: три знака зодиака окажутся на коне
В индустриальном парке «Северные Врата» в Подмосковье ввели первые два корпуса
"Клоуны-убийцы" выйдут против полиции: французская молодежь готовится к страшному Хэллоуину