России надо бы молиться на Китай

По мнению большинства экспертов, именно растущие потребности Поднебесной в топливе подталкивают вверх нефтяные цены, и этот долгосрочный фактор важнее преходящих обстоятельств типа американских провалов в Ираке или очередного приступа взаимной нелюбви между израильтянами и палестинцами. По данным Кембриджской ассоциации энергетических исследований (CERA), начиная с 2000 г. на КНР приходится 40% мирового прироста потребления нефти. В прошлом году Китай обошел Японию, став вторым после США потребителем нефти в мире. "Китайский фактор" создает опасность для нефтяного рынка, считает глава CERA Даниэл Ергин: "Китай стал одним из решающих и непредсказуемых игроков на мировом нефтяном рынке, так как его быстрорастущая экономика демонстрирует резкие колебания спроса на нефть".

Текущие скачки спроса действительно нервируют рынок, но в целом нефтяные аппетиты Китая неуклонно растут, а неуверенность потребителей в "светлом будущем", порождаемая такими скачками, лишь придает повышательной ценовой тенденции дополнительный импульс. За 2002-2003 гг. импорт нефти Китаем увеличился более чем в 1,5 раза, в том числе в прошлом году – на 31,3%, составив 91,1 млн тонн. Кроме того, на 38,8% возрос импорт нефтепродуктов – до 28,2 млн тонн. В I квартале текущего года потребление нефти в стране достигло 6 млн баррелей в сутки, что на 1 млн баррелей больше, чем год назад. При этом собственная добыча, по оценкам Международного энергетического агентства (IEA), составила 3,4 млн бар./с (по другим данным – около 3 млн бар./с), а импорт (без учета импорта нефтепродуктов) – 2 млн бар./с (на 9% больше по сравнению с аналогичным периодом 2003 года).

Спрос на нефть в Китае растет, поскольку растет, причем головокружительными темпами, экономика. В 2003 г. ВВП страны увеличился на 9,1%. В первом квартале нынешнего года прирост составил уже 9,7% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Как отмечают эксперты IEA, главным фактором увеличения в Китае внутреннего спроса на нефть является рост потребления электроэнергии в бурно развивающейся промышленности, притом что китайская электроэнергетика работает в основном на дизельном топливе. Все больше дизельных генераторов используется и в домашних хозяйствах – значительный размах приобрела "самодеятельная электрификация" населения. В немалой степени рост потребности в нефти стимулируется также расширением автопарка. По официальным данным, к началу этого года в КНР насчитывалось 96,5 млн автомобилей. Это означает дополнительный расход приблизительно 60 млн т нефти в год.

Но мало того, что Китай "сжигает" нефть, он еще хочет накапливать ее "про запас". В мае с.г. Пекин официально объявил о планах формирования стратегического резерва нефти, чтобы обезопасить себя на случай тех или иных проблем с импортными поставками. До сих пор у Китая не было такого резерва – имеющиеся запасы позволяли ему продержаться в лучшем случае неделю. Теперь же в КНР полным ходом идет строительство необходимых для создания стратегического резерва хранилищ. Закупки нефти для этих хранилищ еще более подхлестнут импортные запросы КНР, а на нефтяном рынке появляется дополнительный фактор нестабильности.

Китайцев можно понять. Прошедшей зимой в стране достаточно остро ощущался дефицит энергоресурсов. В декабре соответствующие потребности Китая были обеспечены лишь на 90%. Многие крупные города, в том числе Шанхай, были вынуждены переходить на режим строгой экономии энергии, заставляя промышленные предприятия ограничивать свое производство.

Китай и сам качает нефть, занимая по объемам ее добычи 5-е место в мире. Однако при нынешних темпах роста потребностей в энергоресурсах эксперты не исключают возможности масштабного энергетического кризиса в стране. По сравнению с началом 80-х гг. производство нефти в Китае сократилось на 40%, тогда как потребление возросло почти в 2 раза. Страна испытывает серьезную нехватку новых разведанных месторождений. Достоверные запасы нефти в Китае оцениваются менее чем в 3% от мировых. Старые месторождения постепенно вырабатываются, а вновь открываемые не восполняют выбытие запасов. Необоснованными оказались надежды Пекина на "сказочные", как поначалу казалось, нефтяные богатства бассейна Тарим (провинция Синьцзян) и шельфа Южно-Китайского моря. Столкнувшись с риском остаться вовсе без месторождений, где возможна добыча в значимых масштабах, Китай (по примеру США) начал консервировать некоторые нефтеносные поля "на черный день", например, давно разрабатываемое Карамайское месторождение. В условиях неутешительных результатов геологоразведки Пекину неизбежно приходится все больше ориентироваться на импорт.

По прогнозам, доля импортных закупок в потреблении Китаем нефти возрастет с 30% в 2003 г. до 50% в 2006 г., а к 2030 г. поднимется до 80%. По оценкам IEA, к 2010 г. китайский импорт нефти удвоится, а к 2030 г. достигнет 10 млн баррелей в сутки – это столько же, сколько сегодня импортируют США. Остается один вопрос: где взять эту нефть, учитывая прогнозируемый многими экспертами дефицит предложения на длительную перспективу и вероятное обострение соперничества ведущих индустриальных держав за доступ к источникам "черного золота" (как показывает современная история, военные кулаки по-прежнему используются в этой борьбе в качестве наиболее действенных аргументов). В настоящее время примерно 60% импортируемой нефти поступает в КНР из нестабильного региона Персидского залива (23% – из Африки, 14% – из Азиатско-Тихоокеанского региона). Ввиду такого положения Пекин стремится не только полностью обеспечить свои нефтяные нужды, но и максимально диверсифицировать поставки, чтобы гарантировать их бесперебойность.

С особым старанием китайцы обхаживают Москву и Астану. Правда, проект крупного экспортного нефтепровода из Ангарска до Дацина на северо-востоке КНР (провинция Хэйлунцзян) фактически заморожен, и пока больше шансов на реализацию имеет конкурентное "японское" направление на Находку. Упомянем, вдобавок, агонию "ЮКОСа", который был инициатором и лоббистом варианта Ангарск – Дацин, а также планировал в течение трех лет увеличить поставки в Китай нефти по железной дороге с 5 млн до 15 млн т в год. В то же время усилия Китая с целью "приобщиться" к каспийской нефти принесли свои результаты. Китайские компании "застолбили" за собой ряд перспективных казахстанских месторождений, а главное, согласно межгосударственной договоренности, начинается сооружение нефтепровода Западный Казахстан – Китай пропускной мощностью 20 млн т нефти в год. Активно действует Пекин и во многих других регионах мира, где есть нефть. К примеру, в этом году резко возросли поставки нефти из Анголы.

В общем, китайские товарищи не сидят сложа руки, делая все, дабы не оставить свою страну без сырья. С геополитической точки зрения трудно однозначно сказать, насколько России выгодно процветание Поднебесной. А вот с точки зрения экономической... Не дай бог, чтобы сбылись пророчества некоторых западных аналитиков, предрекающих не только скорое завершение "китайского чуда", но и крах китайской экономики, а вслед за тем – новый "азиатский кризис". И тогда – прощай, высокие цены на нефть? Молиться нам надо на Китай, молиться...