Адский месяц оправдывает ожидания

ФОТО: AP

В этом году август с первых дней подтвердил расхожее представление о том, что он является "месяцем катаклизмов": 1 августа случилось солнечное затмение, в ночь на 2 августа грузинская сторона начала обстрелы Цхинвала, и уже на следующий день заговорили о возможности большой войны на Кавказе.

В республиках Северного Кавказа участились теракты и нападения на сотрудников правоохранительных органов. В Северной Осетии свирепствует эпидемия африканской чумы, а в Ингушетии и Дагестане – эпидемия коррупции.

"Радует" и погода: наводнения в Якутии, на Украине и Молдавии. Картину дополняют прогнозы скандальных переделов собственности и экономических потрясений, которыми "кошмарят" публику аналитики. Чуть ли не каждый день падают самолеты и вертолеты. И еще не известно, чем порадует мир Олимпиада в Пекине.

В общем, все, как всегда: обострение ситуации на Кавказе, теракты, аварии, эпидемии и стихийные бедствия. Правда, пока картина все же не тянет на апокалипсическую. Ведь миф об "адском августе" базируется на реальных потрясениях или трагедиях. Таких, как августовский путч 1991-го, дефолт 1998-го, вторжение боевиков в Дагестан в 1999-м, гибель "Курска" и взрыв на Пушкинской площади в 2000-м, подрыв военно-транспортного самолета под Ханкалой в 2002-м, серия терактов, закончившаяся взрывами двух пассажирских самолетов, вылетевших из Москвы, и трагедией Беслана в 2004-м.

Ничего сравнимого в последние годы не было. Наводнения и эпидемии всегда являлись лишь фоном. Подобных неприятностей, как и рассуждений о том, что Россия в очередной раз катится в бездну, хватает в течение всего года. Расслабляться, однако, не стоит. Ведь, как ни крути, а солнечные затмения и глобальные финансовые кризисы случаются не часто. То же самое можно сказать и о том, как на этот раз развивается ситуация на Кавказе.

Дело тут не только в обстрелах территории Южной Осетии - дестабилизация в зоне грузино-осетинского конфликта началась четыре года назад, через четыре месяца после прихода к власти Саакашвили; не в стягивании к границе непризнанной республики грузинских подразделений и военной техники, не в воинственных заявлениях президента Кокойты. Все это - с точностью до деталей - было и раньше. Тбилиси давно ведет игру с позиции силы, Цхинвал демонстрирует готовность стоять до конца.

Интересно в нынешней ситуации другое. Помимо введения усиленного режима работы южно-осетинской милиции и обещания объявить всеобщую мобилизацию и набор добровольцев на всем Северном Кавказе Цхинвал начал эвакуацию женщин и детей и категорически отказался от прямых переговоров, предложенных Грузией. Одновременно Абхазия прервала переговоры с Тбилиси, которые велись под эгидой ООН. Как заявил Сергей Багапш, переговоры об урегулировании абхазо-грузинского конфликта с "группой друзей" генсека ООН не могут быть продолжены в то время, как "Грузия ставит во главу угла политику геноцида".

Прозвучали воинственные заявления и из Москвы. Спикер СФ Сергей Миронов выразил уверенность в том, что "у России хватить сил защитить своих граждан на территории Южной Осетии". Командующий ВДВ России Валерий Евтухович заявил, что "российские десантники готовы прийти на помощь миротворцам в Южной Осетии". А в минувшее воскресенье реальность "угрозы широкомасштабных военных действий между Грузией и Южной Осетией" признал и российский МИД.

При этом внешнеполитическое ведомство РФ потребовало возобновить переговоры в рамках Смешанной контрольной комиссии, членами которой помимо Грузии и Южной Осетии являются России и Северная Осетия. О том же самом заявил и президент РЮО Эдуард Кокойты, особо подчеркнувший, что возглавляемая им республика не будет вести переговоры с Грузией без участия России и Северной Осетии. А упорство, с которым настаивают на соблюдении этого условия и Москва, и Цхинвал, означает, что речь сегодня идет не столько о войне, сколько о попытках изменить сложившийся с 1994 г. переговорный формат.

Этот сценарий, описанный некоторыми экспертами еще до прихода к власти Саакашвили, подразумевает реализацию на Кавказе косовского сценария: исключение из переговорного процесса Москвы и Владикавказа, выдавливание из зоны конфликта российских и северо-осетинских миротворцев и замену их на "голубые каски" ООН. Ради этого Грузия готова - но только под эгидой ООН - подписать соглашение о неприменении силы, того самого, на заключении которого давно настаивает Россия.

В рамках этого сценария на Южную Осетию и оказывается силовое воздействие. Однако, судя по позиции, которую заняли РЮО, Абхазия и российский МИД, соглашаться на подобный вариант, во всяком случае, в ближайшее время, никто не собирается. Российские самолеты уже совершали демонстративные полеты над зоной конфликта, и это следует воспринимать как сигнал о том, что односторонних уступок не будет. И потому сегодня невозможно с определенностью сказать, как будут развиваться события, если все заинтересованные стороны продолжат гнуть свою линию.

В нынешнем конфликте Россия и Южная Осетия пока занимают более жесткую позицию, чем это было в периоды предыдущих обострений. Можно сказать, что ранее они играли на понижение напряженности, а сегодня демонстрируют готовность играть на повышение, а это повышает вероятность силового столкновения. Определенную роль играют и алармистские настроения, ставшие в последнее время популярными в России, которая больше не хочет занимать оборонительную позицию.

Да, по большому счету, она и не может себе этого позволить. Ведь, сдав хотя бы одну из ориентирующихся на нее непризнанных республик, Москва вконец испортит свою репутацию, что немедленно отразится на ситуации в Средней Азии, где тоже идет весьма непростая игра за ресурсы и политическое влияние. Позиция миротворца, постоянно обличающего нарушения международного права - будь то в Косове или в связи со вступлением в НАТО Украины - и не предпринимающего ничего для реальной защиты этих самых норм или хотя бы своих интересов, уже исчерпала себя.

Это очень хорошо понимают не только в Москве и других столицах постсоветского пространства, но и в Вашингтоне или Пекине. И сегодня началась очень серьезная игра нервов, от исхода которой может зависеть позиционирование России в мире. В такой ситуации было бы очень неплохо заставить Москву забыть о мировой политике и сосредоточиться на внутренних проблемах, а поскольку реально имеющихся проблем явно недостаточно, их список можно попытаться дополнить.

Так уже случалось раньше, и для запуска катастрофических сценариев - часто, однако далеко не всегда - выбиралась именно пресловутая "летняя пауза". Но времена меняются: в последние годы политическая жизнь не замирала даже в августе. Уходили в отпуска депутаты Госдумы да ведущие аналитических программ, но отсутствие политических комментариев - это еще не отсутствие политики.

Тем не менее бдительность терять не стоит: основные факторы августовских катаклизмов - природа, финансы и политика - никуда не делись. Живет своей богатой жизнью и Кавказ, уже на протяжении многих лет являющийся одним из главных источников российских проблем.