Невинная жертва "газовой атаки"

Читать в полной версии →
Вся логика установления Россией цен на газ больно спотыкается об одну страну – Армению. Пока мы всеми своими действиями убеждаем соседей в том, что дружить с нами опасно и порой даже унизительно




Россия пошла в газовую атаку на "западном фронте" – от Балтики до Черного и даже Каспийского моря. Ценовой удар пришелся, таким образом, по всему "санитарному кордону" – странам Сообщества демократического выбора (организации, созданной в конце прошлого года по инициативе Ющенко и Саакашвили и объединяющей на этом пространстве практически всех, кроме России и Белоруссии). При этом от повышения цен могут пострадать не только недружественно настроенные режимы (вместе с населением), но и вполне лояльные России и даже союзные ей страны. Цены повышаются не избирательно, а для всех – правда, в разной степени. И получается, вроде как, что никакой политики в этом нет: перед лицом сугубо экономических интересов все равны – и Грузия, и Молдавия, и Армения. Они будут платить по $110 за тысячу кубометров. Украина ближе к Европе? Значит, для нее цена газа составит $230 (напомним, "европейский уровень" предполагается установить в $250).

Однако некоторые моменты в этой логике все-таки остаются непонятными. Например, как это Молдавии – стране, ничуть не более удаленной от Европы, чем Украина – удалось сбить цену со $160 (что и само по себе составляло всего лишь 70% от украинской цены) до $110? И, во-вторых, почему Белоруссия будет, как и прежде, наслаждаться ценой в $47? Да, официальные лица как-то обмолвились, что и для Батьки эта лафа закончится через год – и все же, с чего такие послабления и отступления от рыночных принципов ценообразования?

Случай с Молдавией объясняется просто: эта республика частично "расплатилась" за газ собственностью. Компромисс был достигнут за счет увеличения доли "Газпрома" в молдавской национальной газовой компании "Молдовагаз" – с 51% до 64%. Причем, при ближайшем рассмотрении выясняется, что расплатилась-то "не совсем Молдавия". Эти 13% "Молдовагаза" составляли долю Приднестровья в молдавской газовой компании, и Тирасполь как бы отказался от них в пользу российской компании. Конечно, с одной стороны, это кажется несправедливым по отношению к непризнанной республике – получается, она субсидировала всю Молдавию. Но с другой стороны – а могла ли она как-нибудь иначе распорядиться своей долей в этом преимущественно молдавском предприятии, притом что Молдавия не собирается отпускать Приднестровье на волю? А так – эта доля хотя бы попала в руки российской стороны, которая является гарантом де-факто независимости Приднестровья. Политика? Политика!

Еще больше политики в ситуации с Белоруссией: тут цены не тронули, разумеется, потому, что она – наш союзник на западном фронте. Более того, мы с нею строим единое государство. Казалось бы, ну какое дело нашему газовому гиганту до российско-белорусских интеграционных планов, которые к тому же давно напоминают не стратегию, а мыльную оперу? Ан нет, белорусские цены пока оставили в покое. Ясно, что на то была дана четкая политическая установка.

В общем, тут можно было бы поставить точку: цены на газ если не определяются, то уж, по крайней мере, корректируются на политическом уровне. И в этом нет ничего оригинального и тем более предосудительного: каждая суверенная держава вольна предоставлять преференции – кому хочет и какие может. Все так. Однако эта логика больно спотыкается об одну страну.

Речь об Армении – единственном стратегическом союзнике России на Кавказе и к тому же стране, полностью зависимой от поставок газа из РФ. Ей, как и соседней практически враждебной Грузии, или не очень дружественному Азербайджану, или той же Молдавии, с этого года "Газпром" решил поднять цену на газ до $110 за 1 тыс. кубометров. Вначале в Армении подумали, что это было заявлено просто для всеобщего спокойствия – дабы не дразнить окружающих. Но затем сам российский президент дал основания для серьезных сомнений, сказав своему армянскому коллеге, что, дескать, так решил "Газпром", и он не может повлиять на это решение. И со своей стороны пообещал только некоторые послабления, например, беспроцентный кредит, который покроет разницу между старой и новой ценой на этот год, да еще отсрочку введения новых цен на газ до 1 апреля этого года.

Наверно, излишне говорить о том, какую бурную реакцию армянской общественности вызвал подобный подход России к отношениям со своим союзником. Что касается официального Еревана, он пока не делал громких заявлений в духе "развод и тапочки по почте", но от кредита, разумеется, отказался. А кроме того, стал форсировать строительство газопровода Иран–Армения. Эта труба была задумана более 10 лет назад, но до недавнего времени ее строительству препятствовали США (недовольные любыми проектами с участием Ирана) и Россия (боящаяся усиления конкуренции на региональном газовом рынке). Теперь участники проекта осмелели настолько, что решили его таки реализовать вопреки воле сильных мира сего. Правда, Россия добилась уменьшения проектного диаметра трубопровода – с тем, чтобы он мог служить только для удовлетворения потребностей Армении в газе, но никак не для транзита. Как бы то ни было, стройка идет ударными темпами, и иранский газ ожидается в Армении уже осенью этого года.

Но дело даже не в том, что Россия вынуждает своих соседей и союзников искать альтернативные источники снабжения "голубым топливом" – это, в конце концов, неизбежно и вполне оправданно. А дело в непонятности самого принципа поведения России в вопросе установления цен на газ. Ведь даже самый непросвещенный житель СНГ или Европы сегодня вряд ли представит себе такую ситуацию, когда Кремль был бы не в состоянии повлиять на принимаемое "Газпромом" решение.

Чтобы хоть как-то объяснить ситуацию с Арменией, можно предположить две вещи. Либо то, что в вопросе поднятия цен Кремль действительно отпустил "Газпром" на "вольные хлеба", и тот, руководствуясь исключительно своими экономическими интересами, готов драть по три шкуры что с противников, что с союзников России. Но предыдущие наши размышления, да и просто здравый смысл не позволяют прийти к такому выводу. Не так уж много у России осталось союзников, чтобы приносить их в жертву коммерческой выгоде. Значит, остается предполагать второе: здесь все-таки есть "рука Кремля", и в подобном отношении России со своим союзником следует искать какой-то сокровенный политический (или политико-экономический) смысл.

Возможно, далеко за ним ходить и не надо: он кроется в одном из предложений, сделанных армянской стороне в порядке "послабления" ценовой политики. А именно, российская сторона намекнула, что не прочь приобрести под это дело пятый энергоблок Разданской ТЭС (он только строится, но впоследствии будет производить энергии столько, сколько вся остальная энергосистема страны), а заодно и всю газотранспортную систему Армении. Этого, дескать, как раз хватит, чтобы покрыть разницу в газовой цене на некоторое время. А что? Союзников надо не только подкармливать дешевым газом, но и покрепче к себе привязывать... Однако Ереван и это предложение поначалу решительно отклонил: в Армении оценивают свое газовое хозяйство и ТЭС больше, чем в $140 млн, которые за них предложила Россия, да и продавать эти активы просто не хотят. Официальные представители Еревана напоминают, что РФ и так уже владеет 70% энергетики Армении, в том числе и четырьмя построенными энергоблоками Разданской ТЭС. К тому же пятый блок Армения планировала снабжать иранским газом, чтобы экспортировать его электричество опять же в Иран, так что "Газпрому" с РАО ЕЭС в этом проекте, вроде как, делать нечего. Да вряд ли и российская сторона всерьез ожидала, что суверенная Армения легко откажется от своих диверсификационных планов, а к тому же возьмет и отдаст свои активы просто за то, чтобы "Газпром" еще какое-то время не повышал для нее цену на газ. Впрочем, похоже, что, просчитав все "за" и "против", в Ереване решили кое-что уступить: России предложили 45%-ное участие в проекте газопровода Иран–Армения. По крайней мере, с таким предложением Кочарян приехал в Москву на открытие "года Армении". Надо сказать, эта идея выгодна обеим сторонам: Россия получит контроль над поставками иранского газа, а Армения станет транзитной страной с вытекающими отсюда дивидендами (поскольку в этом случае газопровод наверняка сделают помощнее, чтобы качать по нему газ и в Грузию, и в Европу). Возможно, со временем Россия получит и Разданскую ТЭС (когда Армении понадобится в очередной раз задобрить "Газпром").

Итак, выходит, Россия выставила Армении ценовой ультиматум для того, чтобы заполучить еще "кусок" ее энергетики и контроль над транзитом иранского газа? По всей видимости, это так. Грубовато, но зато убедительно. А может быть, тут была и другая причина. Возможно, Россия просто перестаралась, камуфлируя политические мотивы своих газовых маневров. Настолько, видать, затюкал Запад упреками в использовании газа "не по назначению", что руководство России решило лучше подставить союзника, только бы снять с себя эти обвинения. Нам ведь в ВТО вступать предстоит, в "большой восьмерке" председательствуем, а тут – на тебе! – газом в большой политике балуемся. Ай-ай-ай! Так что мы лучше Армении такой же счет выставим, как и Грузии – чтобы про нас плохого не подумали. Возможно, Путин за закрытыми дверями и объяснил все это Кочаряну, пообещав устроить Армении скидку, но "по-тихому". Пока старые цены ($56) сохранили до 1 апреля, а там – возможно, и дальше сохранят. Или цену поднимут, но символически. Возможно, успокоенное этим разъяснением, высшее руководство Армении (в отличие от парламентариев и ряда представителей правительства) именно поэтому не особо паникует насчет газа.

Однако в любом случае Россия повела себя некрасиво в отношении своего союзника. Если дело было в желании приобрести энергетические активы, то стоило ли начинать переговоры с такого ультиматума? И тут вряд ли уместны ссылки наших экспертов на то, что Армения и так уже пользуется преференциями (как развивающаяся страна) в рамках ВТО и в сотрудничестве с ЕС. Ведь речь идет о наших с ней взаимоотношениях, в которых неплохо было бы соблюдать такт, если уж бескорыстной дружбы не получается. Ну, а если Армению подставили под ценовой удар, просто чтобы закамуфлировать российскую "газовую политику", так это вообще напрасная жертва. Получилось совершенно неубедительно. Да и вообще, почему бы открыто не признать: да, газ – это наш политический рычаг, и мы им пользовались, пользуемся и будем пользоваться, когда захотим предоставить кому-то преференции. И пусть бы все знали, что дружить с Россией выгодней, чем ссориться. Но пока мы всеми своими действиями убеждаем соседей как раз в обратном – что дружить с нами опасно и порой даже унизительно. А уж если "Газпром" и для Белоруссии цену поднимет – хотя бы до уровня молдавской – тогда прощай, наша несостоявшаяся реинтеграция!

Андрей МИЛОВЗОРОВ |
Выбор читателей