"Славнефть" ушла за справедливую цену

Читать в полной версии →
Не все эксперты разделяют мнение насчет того, что аукцион по продаже 75%-ного госпакета акций "Славнефти" был несправедливым, а цена сделки – заниженной

Сделка по продаже 75%-ного госпакета акций ГНК "Славнефть" стала в России одним из наиболее значимых экономических событий прошедшего года. Закончился аукцион скандалом, столь характерным для российской приватизации: помимо обвинений организаторов конкурса в предвзятом отношении к ряду его участников, многие аналитики и СМИ сошлись во мнении, что сумма, вырученная государством за нефтяную компанию, явно занижена.

Однако не все эксперты разделяют эти выводы. Своими взглядами на итоги крупнейшей приватизационной сделки последних лет, заметно отличающимися от распространенного мнения, с "Yтром" поделился старший аналитик инвестиционной компании "Велес Капитал" Михаил Зак.

"Yтро": Вы придерживаетесь мнения, что вырученные РФФИ за "Славнефть" $1,86 млрд. являются справедливой ценой. На чем основана Ваша уверенность?

Михаил Зак: В первую очередь, на оценочной стоимости запасов и добычи нефти компании, с учетом того, что она является далеко не самой крупной. "Славнефть" не входит в пятерку крупнейших нефтяных компаний. Также надо учитывать отсутствие большого количества акций "Славнефти" на открытом рынке. Поэтому к оценке стоимости ее акций должен применяться некоторый дисконт. Плюс ко всему, у "Славнефти" далеко не самое лучшее качество корпоративного управления, если сравнивать его с другими крупными нефтяными компаниями.

"Y": Как Вы полагаете, чем обоснованы заявления Счетной палаты относительно стоимости компании в $2,5 млрд.?

М.З.: Методики, по которым Счетная палата проводила оценку, не были оглашены, поэтому прокомментировать ее результаты достаточно сложно. Существуют различные методы оценки. Можно было считать по сравнительным показателям, можно – через дисконтирование денежных потоков. В принципе, при прочих равных, при рассмотрении благополучного развития ситуации в компании можно выйти на стоимость в $2,5млрд.

Учитывая, что это стоимость 75% уставного капитала, полная цена компании составит $3,3 млрд. Такую сумму можно получить исходя из позитивной оценки развития компании по методу дисконтирования денежных потоков. Однако к "Славнефти" очень сложно применить данный метод, потому как неизвестны денежные потоки, которые компания генерирует сейчас.

"Y": А как Вы расцениваете слова представителей отстраненной от аукциона "Роснефти" о желании выложить за "Славнефть" около $3 млрд. – как ответственное заявление или как попытку "помахать кулаками после драки"?

М.З.: "Роснефть" – это государственная компания. Несмотря на то, что в аукционе должна была принять участие ее "внучка", явная ее афиллированность с государственной "Роснефтью" налицо. Поэтому я считаю, что решение об ее отстранении от участия в конкурсе вполне оправданно.

Вообще, говорить о том, насколько "Роснефть" реально была готова взять этот пакет, весьма сложно. Это закрытая государственная компания – никакой информации по ней нет, консолидированной тем более.

"Y": Существовала ли возможность допуска к аукциону иностранной компании? Допускаете ли Вы вероятность того, что российское правительство не стало бы вынуждать китайскую компанию CNPC отказаться от участия в конкурсе?

М.З.: Ситуация с "Бритиш петролеум", которая владеет блокирующим пакетом "Сиданко" (одной из крупнейших нефтяных компаний России), говорит о том, что владение крупными пакетами нашей "нефтянки" иностранцами возможно. Более того, оно приветствуется как российскими нефтяными компаниями, так и государством. Просто в данной ситуации законодательная база действительно не позволяла допустить государственную китайскую CNPC к аукциону.

"Y": Бытует мнение, что китайцам всячески "помогали" уйти с аукциона. Вы так не считаете?

М.З.: Я думаю, что, коли у правительства были все юридические основания отказать китайской компании – как компании государственной, то другие причины искать и не надо. Здесь все было сделано законно.

"Y": Как, на Ваш взгляд, развивалась бы ситуация вокруг "Славнефти", если бы от участия в аукционе не были отстранены "Роснефть" и китайцы?

М.З.: В таком случае действительно мог быть значительный рост цены, хотя я не думаю, что он смог бы достигнуть называемых цифр в $2,5-3 млрд. Потому что даже если бы в конкурсе участвовали и китайцы (самые "богатые" из соискателей), они наверняка бы понимали, что получить операционный контроль над "Славнефтью" им все равно не удастся. Владение 75% акций дало бы им лишь право так называемого технического контроля. Соответственно, платить за такой формальный контроль цену на уровне мировой они бы вряд ли стали.

"Y": Какова, на Ваш взгляд, дальнейшая судьба "Славнефти"?

М.З.: Я думаю, "Сибнефть" и ТНК договорятся по поводу раздела активов. Обе компании показали, что они умеют работать вместе (при управлении "Оренбургнефтью" и "ОНАКО"). Так что, полагаю, в этом плане все будет благополучно и свою выгоду получат и "Сибнефть", и ТНК.

"Y": Существует мнение, что "Сибнефть" вскоре может продать часть активов "Славнефти", причем покупателями могут оказаться и несостоявшиеся соперники "Сибнефти" по аукциону.

М.З.: Главный интерес для "Сибнефти" в "Славневти" представляют следующие активы: НПЗ и сети заправочных станций. "Сибнефти", как компании с агрессивно растущей добычей, необходимы перерабатывающие и сбытовые мощности – для этого, собственно, и покупалась "Славнефть". Не столь важны для нее добывающие активы, которые, на мой взгляд, могут быть проданы тому же "ЮКОСу" в счет зачета по кредиту в $500 млн. У "ЮКОСа" есть вся необходимая инфраструктура в Сибири, которая позволит ему работать на месторождениях, принадлежащих "Славнефти".


Беседовал Максим Легуенко.

Максим ЛЕГУЕНКО |
Выбор читателей