Ходорковский "получил то, что заслужил"

Многочисленные ухищрения, используемые российскими олигархами, исходили из хорошо знакомого принципа – закон что дышло. Теперь тот же самый принцип обернулся против них




Реакция на приговор по делу Ходорковского-Лебедева была абсолютно ожидаемой – как внутри страны, так и за рубежом. Что касается Запада, то, как нетрудно заметить, гневные инвективы исходят главным образом от лиц и организаций, не вовлеченных во власть. Наглядный пример тому – Германия, где громкие заявления политической оппозиции (ХДС/ХСС и Свободно-демократической партии) резко контрастируют с невозмутимостью правительства.

Пессимисты утверждают, что суровый приговор бывшему олигарху вызовет новый отток капиталов из России. Оптимисты им возражают: хуже в этом смысле уже не будет, поскольку хуже некуда. Возможно, однако, что не правы ни те ни другие. Известный аналитик, эксперт Германского совета по внешней политике и специалист по России Александр Рар говорит, что "на Западе существует двоякое отношение ко всему, что в Москве происходит вокруг "ЮКОСа", в частности, по поводу процесса над Ходорковским. Есть достаточно людей в деловой среде и в политике, которые в открытую не высказываются, но при этом считают, что Ходорковский получает по делу. Эти люди помнят, что в 90-е, когда они хотели выйти на российский рынок, именно олигархи типа Ходорковского им дорогу туда закрывали". Рар также отмечает, что обличения по поводу действий российских властей в "деле ЮКОСа" звучат в основном со стороны правозащитных организаций, "считающих своим долгом защищать правовую систему в России от произвола, защищать права человека, того же Ходорковского, который не отличается в их глазах от диссидентов". Кроме того, в Германии этим делом, конечно же, не могут не воспользоваться оппозиционные политические силы, чтобы лишний раз раскритиковать правительство. В то же время, по словам Рара, канцлер ФРГ Герхард Шредер "полностью поддерживает процесс против Ходорковского – он убежден в том, что надо наказывать тех людей, которые годами не платили налогов, которые занимались подкупом Думы, участвовали в коррупционных сделках, коих в России в свое время было немало".

Не только в официальных, но, что весьма важно, и в деловых кругах Запада отношение к процессу над Ходорковским отнюдь не совпадает с реакцией на него западных СМИ. Это подтверждается, в частности, заявлением управляющего директора международного инвестиционного фонда "Хермитедж" в России Уильяма Браудера (выходит, не все "в открытую не высказываются"?). Браудер сказал, что Ходорковский "совершенно справедливо получил то, что заслужил. Может быть, можно найти политические мотивы в том, что эти обвинения были предъявлены только ему, в то время как другие олигархи, которые делали то же самое, продолжают спокойно жить, но, на мой взгляд, нельзя приравнивать Ходорковского к Нельсону Манделе".

Обличители "басманно-мещанского правосудия" упирают именно на его политически обусловленную избирательность (как тут не вспомнить, что и советник российского президента Шувалов назвал процесс против Ходорковского "показательным"), а также критикуют сам ход судебных заседаний, на которых защита оказалась в неравных с обвинением условиях. При этом вопрос о том, совершал ли на самом деле Ходорковский противоправные деяния (пусть даже действуя "как все") или нет, отходит на второй план. Однако иностранных инвесторов указанный вопрос очень даже интересует, хотя и правовая безукоризненность тех методов, которыми "восстанавливается справедливость" для них тоже немаловажна.

Можно спорить, являются ли схемы, использовавшиеся при реализации продукции ОАО "Апатит", мошенничеством, как уверяет прокуратура, или же "правильной торговой политикой", в которую никто не вправе вмешиваться, как убеждал Ходорковский в своей речи в суде 11 апреля. Можно спорить, насколько формально законными были схемы "оптимизации" налогов за счет проведения "бумажных" операций с нефтью и нефтепродуктами через ЗАТО (по словам Ходорковского, "предоставляя льготы, уполномоченные государственные органы ЗАТО не просто знали, что компании не будут иметь терминалов для перегрузки нефти на территории ЗАТО, а прямо указывали в решении местной Думы, что их деятельность не должна затрагивать производственных и сырьевых ресурсов ЗАТО. Эти же государственные органы выдали компаниям лицензии на торговлю нефтепродуктами – но без права их слива и хранения"). Можно спорить и по некоторым другим пунктам обвинения.

Но почему-то не обращается внимание на то, что в упомянутой речи 11 апреля Ходорковский фактически признал свою вину как минимум по двум пунктам, а именно, по приватизации ОАО "Апатит" (правда, эпизод с "хищением" 20%-ного пакета акций предприятия не попал в приговор в связи с истечением срока давности) и института НИУИФ. И в том и другом случае условия приватизационного конкурса включали как выплату покупателем некоей суммы в бюджет, так и расходование определенной суммы для выполнения инвестиционной программы. Суть же обвинения в том, что эта вторая составная часть платы за предприятие внесена не была.

Вот что говорит по этому поводу сам Ходорковский (во избежание недоразумений придется привести длинные цитаты): "Обвинение утверждало, что акции "Апатита" были похищены, то есть получены без оплаты. Все документы, представленные суду, недвусмысленно говорят об обратном. Государство получило за этот пакет акций цену, которую само оно, государство, установило… Документы подтвердили, что и деньги на инвестиции инвестором были внесены, а возвращены, и то частично, самим частным предприятием "Апатит"". При этом предприятие "исполнило или превысило показатели, указанные в условиях конкурса – по объемам производства, по сохранению численности работников предприятия, по сохранению производственной базы, по социальной программе, – с меньшими затратами и за счет иных мероприятий, чем было указано в инвестиционной программе". В деле НИУИФ "та же природа обвинения – и те же самые неувязки. Опять же государство само принимает решение о цене продажи. Цена государству полностью уплачена… Само частное предприятие – АО НИУИФ – принимает решение изменить направление и сроки использования денег инвесторов, …оно возвращает средства. Опять же при чем здесь государство, которое свое получило полностью?".

Очевидно, что цена объекта в приватизационном конкурсе с инвестиционными условиями включает в себя оба компонента – и выплату в бюджет, и деньги на развитие предприятие. Организуя подобный конкурс, государство априори отказывается в пользу предприятия от большей части собственного потенциального дохода с продажи. Ходорковский же использует "усеченное" понятие цены. Это действительно удобно: "полностью" рассчитаться с государством, заплатив сравнительно небольшие деньги, получить над предприятием контроль, привести на него своих людей, чтобы те – уже в статусе руководителей негосударственного субъекта хозяйствования – приняли решение о возвращении инвестору основной части суммы, которую он обязан был выложить по условиям конкурса. Даже если целей инвестиционной программы и впрямь удалось достичь "с меньшими затратами", по сути это ничего не меняет: цена есть цена, и она должна быть уплачена. Подчеркнем, что в схеме Ходорковского "само частное предприятие" отказывается не от кредита, а от безвозмездных вложений – фактически от халявы.

Эта и многочисленные прочие схемы "экономии" придумывались российскими олигархами, исходя из хорошо знакомого принципа – закон что дышло. Теперь тот же самый принцип обернулся против них. А западным инвесторам на самом деле все равно, в чьих руках подобного рода дубинка – в руках конкурента или чиновника (тем более, что нередко это одно и то же). И пока данный принцип жив, наивно ждать изобилия иностранных инвестиций.

От редакции

Когда материал уже был написан, стало известно, что последствия дела "ЮКОСа" оказались вполне благоприятными для нашего государства. Как утверждали участники обсуждения приговора, вынесенного руководству компании, которое состоялось в программе "Времена" на ОРТ, крупные нефтяные компании стали тщательнее соблюдать налоговое законодательство.

Собираемость налогов за последний год увеличилась в три раза, сообщил политолог Вячеслав Никонов. "Крупные нефтяные корпорации стали платить больше. Они закрыли те лазейки, которыми до этого пользовались, в том числе и законные", - отметил политолог Игорь Бунин. При этом не обошлось, конечно, и без побочных эффектов - по словам эксперта, в прошлом году в 3-4 раза увеличилось и "бегство капиталов" из страны.

Позитивные последствия дела "ЮКОСа" отметил и председатель ООО "Деловая Россия" Борис Титов. По его словам, благодаря этому завершилась эпоха "дикого капитализма" в России. "Бизнес больше стал обращать внимание на то, как к нему относится не только власть, государство, но и общество", - сказал предприниматель, отметив, что бизнес начал выстраивать социальное партнерство с государством и гражданским обществом.

Комментируя реакцию Запада на приговор Ходорковскому и Лебедеву, эксперты заявили, что "из "большой восьмерки" Россию точно не исключат". "Это даже не зависит от администрации США. Это зависит от всей семерки", - отметил Никонов. Да и администрация США, которым Россия нужна как партнер по многим важным вопросам, например, Ирану и Южной Корее, не выступает за изоляцию России.

Урок из дела "ЮКОСа" извлекли не только предприниматели, но и государство. По словам председателя координационного совета предпринимательских союзов России Александра Шохина, оно "осознало, что может практически все и в экономической, и политической, и в других областях. И теперь главная задача – воспользоваться этими возможностями".

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей