Обама не сможет выполнить своих обещаний

Только что избранный президент США охотно комментирует вопросы, касающиеся внутренней политики, и уклоняется от прояснения деталей своей внешнеполитической линии


ФОТО: AP



Завершение избирательной кампании в США спровоцировало дискуссию о том, чем, в конечном счете, обернутся обещанные Бараком Обамой перемены. Перечень проблем, которыми предстоит заниматься новому американскому президенту, давно сформирован. Первое место в нем занимает финансовый кризис и весь комплекс вопросов, связанных с особенностями американской экономики. На втором месте – Ирак и сопутствующие вопросы: от закрытия тюрьмы в Гуантанамо и запрета пыток до прямых переговоров с руководством Ирана и Сирии. А дальше, как говорится, "прямо по списку", включающему отношения с вышедшей из-под контроля США Латинской Америкой, обострение ситуации в Афганистане, Пакистан и ближневосточное урегулирование, якобы оказавшееся под вопросом в связи с тем, что, как опасаются в Израиле, Обама сдаст их интересы ради дружбы с арабским миром.

Что касается России, для нее наиболее важными являются два вопроса - размещение элементов американской ПРО в Восточной Европе и перспектива дальнейшего расширения НАТО за счет Грузии и Украины. Хватает и других проблем: например, участь Договора об обычных вооружениях (ДОВСЕ), вопросы нераспространения оружия массового поражения. Сам избранный президент охотно комментирует вопросы, касающиеся внутренней политики, и уклоняется от прояснения деталей своей внешнеполитической линии.

Исключением стала реакция советников Обамы на слова польского президента Леха Качиньского, заявившего по итогам телефонного разговора с новым лидером США, что договоренности по установке в Польше американской ПРО "остаются в силе". Как пояснил один из помощников Обамы, Денис Макдоноу, "президент Качиньский действительно поднял тему ПРО, но Обама не давал по этому вопросу никаких обещаний". Далее следовали ссылки на предвыборные заявления Обамы, согласно которым он в принципе поддерживает идею создания системы ПРО, но всерьез обсуждать эту тему можно будет "только после того, как будет разработана надежная технология".

Столь уклончивый и аккуратный комментарий означает, что в окружении Обамы расслышали адресованный ему фрагмент президентского послания Дмитрия Медведева. Речь шла о размещении в Калининградской области ракетных комплексов "Искандер" в ответ на установку систем американской ПРО в Чехии и Польше. Ответный сигнал Обамы может быть прочитан как обещание заморозить или даже похоронить этот проект ради нормализации отношений с Москвой. И эта перспектива уже вызвала энтузиазм в Европе.

По словам обозревателя британской The Guardian Саймона Дженкинса, "Обама должен использовать свою популярность" и разрешить "новый Карибский кризис", связанный с ракетами в Калининграде, еще до вступления в должность. В свою очередь, немецкие эксперты рассматривают новый поворот сюжета вокруг американской ПРО как "шанс вернуться к предложению Путина по Габалинской РЛС", "объединить усилия для построения общей системы ПРО" и, тем самым, "создать основу для новых доверительных отношений между Америкой, Европой и Россией". Далее следуют адресованные Москве призывы "отказаться от конфронтации с Америкой" и "вернуться к тем годам, когда Россия вместе с Америкой хотела менять мир".

Это позиция "старой Европы", которая, возможно, действительно заинтересована в создании единого "северного фронта" против террористической угрозы с Юга. Но насколько она совпадает с планами Обамы и его советников? Пока на этот счет нет никакой уверенности, особенно если учесть опыт 1990-х.

Совершенно лишний комментарий Качиньского выглядит как искусственное создание информационного повода, а опровержение его слов Денисом Макдоноу – как приглашение России к торгу. На которое Москва сразу же отозвалась обещанием повременить с "Искандерами".

Главная проблема состоит в том, что сегодня никто не может точно сказать, какую внешнеполитическую линию вообще и применительно к России в частности будет проводить новый президент США. Базой для сомнений являются как фундаментальные соображения, касающиеся традиций американской политики, так и личная позиция Обамы, прочитывающаяся в его текстах и предвыборных заявлениях. Еще одним существенным фактором является неоднородность его команды, в которой присутствуют и реалисты-прагматики, и демократические "ястребы", начавшие в свое время "гуманитарные бомбардировки" Белграда и подготовившие вторжение в Ирак.

Кто из них войдет в правительство Обамы, а кто будет оттеснен на периферию экспертных советов, пока не понятно. Сегодня пресса пестрит именами американских политиков, проходящих кастинг на занятие высших политических постов новой администрации. По одним прогнозам, главой Пентагона останется Роберт Гейтс, по другим, Гейтса сменит Ричард Данциг, занимавший при Клинтоне пост главы ВМФ. Насчет должности госсекретаря в СМИ сформирован огромный список претендентов, в котором фигурируют и "ястребы", и реалисты.

Чаще других упоминается бывший спецпредставитель США на Балканах Ричард Холбрук; за ним следуют кандидат в президенты США 2004 г. сенатор Джон Керри и губернатор Нью-Мексико Билл Ричардсон, занимавший при Клинтоне должность посла США при ООН; член сенатского комитета по международным отношениям Ричард Лугар; бывший сенатор от штата Небраска Чак Нагель; бывший глава европейского командования генерал Джеймс Джонс; сенатор-республиканец от Небраски Чак Хейгел. Легко заметить, что среди этих людей немало членов команды Била Клинтона. Встречаются прагматичные республиканцы, а также совершенно новые лица. Пока команда не сформирована, говорить о каких-то серьезных переменах или преемственности внешнеполитической линии достаточно сложно, тем более что позиции самого Обамы представляются крайне неопределенными.

Он обещал вывести войска из Ирака, но сомневается в разумности такого шага. Он писал, что военной силой демократию не утвердишь и что применение силы со стороны США не всегда было оправданным, но уверен, что США должны сохранить за собой должность "мирового шерифа" и права на установление своего образа жизни в любой стране мира. Он считает неоправданным применение силы в Ираке, который не представлял угрозы для США, предлагает оставить в покое Ближний Восток, где "нет никаких террористов", и вплотную заняться Афганистаном и Пакистаном, талибами и "Аль-Каэдой".

Однако с началом финансового кризиса все эти внешнеполитические заявления отошли на второй план. И хотя Обама позиционирует себя как политик "новой волны", а его избрание вызвало волну энтузиазма во всем мире, в ближайшее время его главной задачей станет решение внутренних проблем. А внешняя политика, скорее всего, будет отдана на откуп вице-президенту Джозефу Байдену. До последнего времени Байден был главой сенатской комиссии по внешним связям, и его политические взгляды, в том числе и их антироссийский аспект, хорошо известны.

Но в чем тогда будут состоять пресловутые перемены? Если обратиться к выступлениям самого Обамы, можно выделить три главные установки. Первая: США должны отказаться от гегемонии в пользу лидерства. Вторая: успех в борьбе с терроризмом требует примирения с мусульманским миром. И третья: Вашингтону следует отказаться от диктата в отношениях с союзниками. В очерченную этими тезисами линию хорошо вписывается уход из Ирака и начало переговоров с Ираном и Сирией, а также преодоление раскола Европы и ее сближение с США.

Разумеется, на деле расстановка сил внутри США и расклады мировой политики являются более сложными. Уход из Ирака потребует участия всего мирового сообщества. Отказ Вашингтона от конфронтации с исламом осложнит положение Израиля, и эту проблему тоже придется как-то решать, чтобы не спровоцировать на резкие шаги американское произраильское лобби. Активизация войны в Афганистане потребует новых маршрутов для снабжения войск. Преодоление раскола Европы невозможно без пересмотра отношения восточноевропейских государств в отношении России.

В итоге обещанные внешнеполитические перемены могут ограничиться перегруппировкой сил и увязнуть в деталях, которые в той или иной степени коснутся отношений с Россией. И тут важно онимать, как далеко готов зайти Обама в решении главной стратегической задачи по возрождению американского лидерства и какая роль в этой игре отводится России. Готова ли новая администрация к диалогу с Москвой на основе признания ее интересов? И что означают маневры вокруг планов по ПРО – симптом реальных перемен или очередную "разводку" для России?

Для многих очевидно, что, если новая администрация сосредоточится на выполнении внутриполитических обещаний, это потребует пересмотра приоритетов и перераспределения средств, а значит, на силовые авантюры просто не будет денег. Если же главной идеей станет доминирование в мире, глобальное перенапряжение может привести к новым военным конфликтам.

Выбор читателей