Новая забава: поезд напрокат

Теперь каждый желающий может арендовать настоящий пассажирский поезд. Конечно, не состав "Москва–Петербург", а всего лишь узкоколейный тепловоз с миниатюрным вагончиком, но все же


ФОТО: malianov.livejournal.com/



Развлекаться можно по-разному. Кто-то сидит дома у телевизора, кто-то прыгает с парашютом. Но это, как и многое другое, уже порядком приелось широким массам трудящихся. Спешим обрадовать: в России появился новый способ отдохнуть на все сто. Теперь каждый желающий может арендовать настоящий пассажирский поезд. Конечно, не состав "Москва–Петербург" в пятнадцать вагонов, а всего лишь узкоколейный тепловоз с миниатюрным вагончиком, но все же...

Уникальный спецрейс прошел в минувшие выходные в 200 км от Москвы. Второго декабря участники Клуба транспортных путешественников, примкнувшие к ним туристы – любители общественного транспорта во всех его проявлениях и ваш покорный слуга набились в арендованный вагон, чтобы совершить путешествие вглубь лесов и болот Рязанской Мещеры. Для клуба это не первый опыт аренды узкоколейных составов: 18 ноября его участники катались на ведомственном поезде торфоразработчиков в дальнем Подмосковье.

Узкоколейка Тума – Голованово была выбрана не случайно. Это последняя узкоколейная железная дорога в стране с чисто пассажирским движением, здесь не возят грузы, лес или торф, как на остальных ветках. Ну, и сама ветка – последнее напоминание о некогда известнейшей старинной железной дороге Рязань – Тума, воспетой Паустовским в рассказах о Мещерском крае. Лет 20-30 назад сюда было не попасть иначе как в маленьких зеленых вагонах с тепловозом во главе. Сотни километров узкой колеи, десятки составов и станций – большая инфраструктура. Теперь все в прошлом, и лишь один состав и одна обслуживающая бригада (когда-то их было восемь) в поселке Тума напоминают о былом величии.

Еще одной причиной аренды поезда стали слухи о скором закрытии узкоколейки. Несколько лет назад поезд ходил каждый день, сегодня в расписании лишь два дня в неделю. К тому же, по оперативным данным туристов-транспортников, начальник местной железной дороги, недавно посетивший Тумское депо, высказался в том плане, что надо что-то с этой веткой решать. Поэтому в Клубе транспортных путешествий решили, что "час Х" настал: или мы прокатимся сейчас, или никогда.


Фото: Александр Трифонов

Зима никак не может начаться не только в столице. Тума встретила нас сумрачной погодой и низким серым небом. На здании железнодорожного депо в центре поселка красуется бодрый советский лозунг "Слава труду!". Обходим вокруг, но все двери закрыты. Голоса откуда-то изнутри советуют нам заходить через дырку в заборе. Голоса, как выяснилось, принадлежали двумя работниками депо, которые сразу же потребовали старшего группы. Тем временем путешественники разбрелись по всей территории депо, в котором спрятались обычные тепловозы с вагонами и узкоколейный состав, ради которого мы все и собрались.

Старший нашелся, все формальности улажены, и вот, наконец, раздался долгожданный гудок. Не такой пронзительный, как на обычных поездах, а тоньше и мелодичней. Тепловоз 1987 года выпуска недавно покрашен и выглядит как новенький. Было бы солнце, и вовсе бы блестел. Вагон также прошел косметический ремонт. Туристы щелкают фотокамерами, снимают "прибытие поезда" на станцию Тумская.

Шестьдесят четыре километра туда и обратно преодолеваются мини-поездом за 4,5 часа с остановками. Средняя скорость состава 15-30 км в час. То есть идем мы в среднем 15-20 км, но, как гордо поведал машинист, "можем разогнаться и до тридцати". Разогнаться поезд может только потому, что при узкой колее здесь используются обычные рельсы. Бывают еще специальные узкоколейные рельсы, но они быстро выходят из строя. Самые старые рельсы по пути – 1898 г. выпуска, часть станционных построек возведены еще до революции и при более удачном стечении обстоятельство могли бы стать архитектурными памятниками эпохи освоения торфяных запасов России в начале XX века.

Это только кажется, что в европейской части страны аномально тепло. В здешних низинах из-за болот такая влажность, что даже при плюсовой температуре ветер обжигает лицо не хуже, чем в десятиградусный мороз. Особенно, если стоишь на передней – открытой площадке тепловоза, вцепившись окоченевшими руками в железный поручень. Зато какие виды открываются на выработанные торфяные болота – Гримпенская трясина в подметки не годится!


Фото: Александр Трифонов

В вагоне тепло и уютно. В заднем тамбуре работает угольная печурка, и тепло от нее по сваренным вручную трубам расходится в каждый закуток вагона. Поезд чуть качается, плавно снижая скорость, входит в длинные повороты и вновь ускоряется на прямых участках. В Мещерской низменности почти нет перепадов высот – это идеальная равнина, поэтому едешь как в какой-нибудь Европе, ровно и без характерной российской тряски на ухабах. Отличие от европейских железных дорог – только в отсутствии жилья вокруг.

По всей протяженности ветки живы, да и то относительно, только два поселка. В первом из них, Курше, живет как настоящий лесной отшельник единственный человек. Голованово, некогда большой поселок лесозаготовителей и торфоразработчиков, до сих пор связанный с большой землей только этой узкоколейной веткой, – конечный пункт нашего путешествия. Сегодня в Голованове осталось около 150 человек, в основном пенсионного возраста, а когда-то число жителей доходило до тысячи. Сейчас лес возят по проселкам тяжелыми грузовиками, поэтому грузовая составляющая узкоколейки канула в Лету. Осталась только социальная. Пассажирская узкоколейка – предприятие глубоко убыточное. Билет в один конец стоит 24 рубля с копейками, пассажиров набирается от силы 30 человек по большим праздникам. Зимой, когда пассажиров совсем мало, для снижения издержек вместо состава пускают старенький снегоочиститель, в обиходе прозванный "утюгом". Маленький наполовину деревянный дизель с формами чугунного утюга XIX в. одновременно расчищает трассу и развозит редких пассажиров. Полный сюрреализм: сквозь сугробы потихоньку трюхает "утюг", а в крошечном "салоне" сидят, тесно прижавшись друг к другу, пассажиры и молят бога, чтобы эта древняя конструкция не сошла с рельсов и не развалилась.


Фото: Александр Трифонов

Несколько наиболее сознательных путешественников идут в Голованове "в народ". Расклеивают по умирающему поселку листовки с призывами к местным жителям писать в ОАО "РЖД", Федеральное агентство железнодорожного транспорта и Минтранс о своем несогласии с планами ликвидации пассажирского сообщения по узкой колее Тума – Голованово. Несогласие у жителей имеется. Мало того, что поезд – единственная связь с миром, так еще и пенсию с почтой сюда доставляют в этом самом вагончике. А глушь здесь такая, что даже мобильные телефоны не работают.


Под конец путешествия любители паровозной романтики разошлись не на шутку. На остановках кто-то лезет прямо на тепловоз – фотографируется на память, медитирует на теплом дизеле; другие туристы свисают с подножек и набиваются на открытые площадки поезда. На обратном пути активность снижается, спускаются темно-синие сумерки, и уставшие путешественники потихоньку засыпают в темном вагоне под стук колес, увозящих из ниоткуда снова к жизни.

Эра узкоколейных поездов в России заканчивается. С начала 1990-х гг. не строят больше для них вагонов и тепловозов, не выпускают запчастей. Большая часть составов уже сдана в металлолом. Жаль будет, если последняя узкоколейка погибнет под гнетом экономических неурядиц.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей