Удел кладоискателей - смерть в нищете

Чем больше золотых слитков и пиастров вы найдете, тем вероятнее не получите ничего. Клады - это археологическое наследие, являющееся предметом изучения науки, а не объектом поиска человека с лопатой




На богатых кладах словно лежит какое-то проклятье. Чем больше золотых слитков и пиастров вы найдете, тем вероятнее, что не получите ничего. Фортуна - дама коварная: когда кажется, что вот-вот сказочно повезет, она ускользает прямо из рук.

Большие клады неизбежно становятся объектом внимания государства, на чьей территории или в чьих водах они обнаружены. Что совершенно не удивительно, потому как государственные структуры рассматривают такие находки, как национальное достояние (оно же археологическое наследие), за которое нашедшему в лучшем случае выплатят половину официальной стоимости, иногда резко расходящейся с рыночной ценой.

...Крепкие загорелые ребята, вооруженные по последнему слову техники, бороздят океаны на суперсовременных кораблях в поисках сокровищ. Это не пираты XXI века, это - рекеры (от английского слова wrecker - дайвер, занимающийся поиском затонувших ценностей). К их услугам сегодня технологии спутниковой навигации, высокотехнологичное снаряжение для погружений и еще бог весть какие технические приборы для обнаружения затонувших кораблей, а также целые конторы адвокатов, готовых в суде отстаивать права удачливых кладоискателей. Бизнес затратный и рисковый. И хотя рекерство - самый прибыльный вид кладоискательства на свете, но и среди рекеров, как среди других кладоискателей, очень мало тех, кто смог на этом заработать.

В мае этого года между одной из рекерских контор и Испанским Королевством разгорелся нешуточный скандал. Компания по исследованию морских вод "Одиссей" обнаружила затонувший 400 лет назад корабль с 17 т серебряных монет на борту. Нумизматическая цена клада составила астрономическую сумму в $500 миллионов. Часть экспертов назвала находку крупнейшим открытым кладом в истории человечества. Испанцы тут же засомневались в достоверности информации об обнаружении затонувшего судна в нейтральных водах и предположили, что корабль с сокровищами также принадлежал Испанской короне. Теперь рекерам, вероятно, предстоит долгое судебное разбирательство.

Характерна еще одна история с морскими сокровищами. Вы знаете, с чего началась морская археология? Конечно же, с кладоискательства. В 1900 г. ловцы губок с греческого острова Антикифера обнаружили в прибрежных водах множество античных статуй из бронзы. Прибрежные воды острова славились в прошлом как кладбище кораблей. Ловцы морепродуктов тут же обратились в кладоискателей, но слухи о находках на их беду дошли до органов власти. Греческое правительство действовало решительно. Военно-морской флот страны оцепил место находок и началась первая в истории экспедиция подводных археологов, в которых спешно переквалифицировались военные.

Водные и сухопутные клады не сопоставимы по объему ценностей. Затонувшее судно может содержать в себе десятки тонн драгметаллов или антикварных изделий, но большинство кладоискателей все же продолжают ковыряться в земле.

Вопреки людской молве, настоящая история сухопутных кладов не изобилует примерами миллионных обогащений. Запрятать в землю тонны сокровищ под силу не каждому. Сделать это в тайне от всех - дело почти нереальное. Например, последний дакийский царь Децебал пытался оставить после себя феноменальный по объему и ценности клад: он приказал зарыть в землю казну и дарохранилище огромного царства. Дакия располагалась на территории современной Румынии, отнюдь не маленького государства, и была одним из богатейших государств времен поздней Римской империи. Властители Рима давно приглядывались к варварской стране в центре Европы. Император Марк Ульпий Траян на рубеже I и II веков нашей эры под надуманным предлогом объявил Децебалу войну и пошел на Дакию многотысячным войском.

Децебал серьезно подошел к вопросу сохранения казны: в операции по сокрытию ценностей участвовали практически одни лишь рабы, которых сразу же по окончанию работ убили. Царь приказал отвести русло одной из рек, в условленном месте под прежним руслом выкопали огромную яму, куда сложили золото, серебро, монеты, слитки, ювелирные украшения и много чего еще. После этого реку вновь вернули на прежнее место. Казалось, Децебал предусмотрел все. Но один из приближенных царя позарился на сокровища и рассказал противнику о местонахождении клада в обмен на его часть. Так, римлянам достались 1,5 тыс. т золота и около 3 тыс. т серебра, а Децебал предпочел плену самоубийство.

Не зря людские умы до сих пор будоражат мысли о сокровищах Гитлера, Наполеона, Емельяна Пугачева или Колчака. Большой сухопутный клад - великая редкость. Размеры зарытых в землю или утопленных в водоемах сокровищ исчисляются десятками бочек (сундуков), но не более того.

Так, сразу же после поражения гитлеровской Германии во Второй мировой войне на дне озера Топлиц в австрийской части Альп начались поиски сокровищ Гитлера. Согласно сразу нескольким источникам выходило, что искать их следует именно здесь. Но сокровищ не нашли. Правда, экспедиции американской телекомпании CBS в 2001 г. удалось поднять на поверхность несколько контейнеров с фальшивыми фунтами стерлингов времен Третьего рейха, а вот нацистское золото так и осталось легендой. Клады Наполеона, Пугачева и казну Колчака безуспешно ищут и по сей день.

Примеры удачных поисков сокрытых в земле и под водой ценностей есть, но они более похожи на банальный грабеж археологических памятников. Одним из самых удачливых кладоискателей на свете по праву можно назвать американского консула в Мексике Эдварда Томпсона, работавшего там в начале XX века. Параллельно с профессиональными обязанностями этот предприимчивый американец начал раскопки жертвенных колодцев майя в покинутом древнем городе Чичен-Ица. Томпсон живо интересовался историей цивилизации майя и прочитал об обычае приносить богатые жертвы богам в случае засухи или неурожая. Жрецы бросали в священные колодцы золотые изделия, драгоценные камни, ювелирные украшения, оружие и людей, пытаясь задобрить богов.

В 1904 г. команда под руководством Томпсона начала раскапывать колодцы в Чичен-Ице. Консул лично спустился на 20-метровую глубину в водолазном костюме и начал извлекать оттуда сокровища майя. За сезон работы американец поднял сотни золотых изделий, включая огромные диски с изображениями сцен из жизни древних майя. Все находки Томпсон увез в США, где и продал большую их часть, став миллионером. После длительных разбирательств Национальный музей антропологии Мексики сумел выпросить у американцев четыре золотых диска. Стоимость клада Томпсона была сопоставима только с сокровищами гробницы Тутанхамона. Правда, гробницу юного египетского фараона раскапывали профессиональные археологи, и она не стала частной собственностью одного человека.

Но история Эдварда Томпсона еще раз подтверждает простую истину: безболезненно обналичить гигантский клад, да еще и с археологической "родословной", дано только сильным мира сего. История не знает примеров превращения какого-нибудь крестьянина в миллионера после нахождения им клада. Разве что в сказках. Да и вряд ли кто-нибудь сегодня сможет повторить "подвиг" Томпсона - раскопки древних городов теперь являются приоритетом профессионалов.

В России ситуация с кладами еще напряженней, чем в среднем по миру. Колоний в западном понимании, как территорий тотального вывоза ресурсов и ценностей, у нас не было, соответственно, затонувших кораблей, груженных златом и серебром, в российских водах нет. После отделения Украины мы потеряли уникальный "кладоносный" регион - сердце Киевской Руси, Причерноморье и Крым с его греческим, скифским, византийским и другим историческим наследием. К тому же абсолютное большинство ценных кладов у нас относятся к категории археологического наследия, которое есть предмет изучения науки, но не объект поиска человека с лопатой. Во-первых, кладоискатель, рискнувший копнуть на археологическом памятнике, преступает закон "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации". Во-вторых, любое "копательство", даже еще не учтенного археологического объекта, разрушает культурный слой, нанося непоправимый ущерб материальной истории Отечества.

А в-третьих, ценность российских кладов не так уже и высока. Вот несколько примеров очень хороших выплат за найденные на территории России клады. Иркутские кладоискатели на своем сайте не без гордости сообщают, как Эрмитаж купил у них два года назад серебряный глазурованный пояс армянской знати за €8 тысяч. В 2001 г. Государственный исторический музей раскошелился на $5 тыс. для владимирского поисковика, откопавшего клад из 318 редких древнерусских монет начала XV века. Перечисленные случаи единичны, если не сказать уникальны: редкие монеты и армянские ювелирные шедевры под ногами не валяются.

Так что заработать на кладоискательстве миллионы, скорее всего, не удастся. Хотя хочется надеяться на лучшее...

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей