Мусорный ветер

Читать в полной версии →
Впервые в истории новой России на президентских выборах гражданам предложено либо оставить все как есть, либо проспать весь день 14 марта, чтобы потом из новостей узнать, что они оставили все как есть




Новогодние праздники миновали, и российским политикам начиная с этой недели придется активно включаться в процессы, связанные с их нынешним статусом. Кому-то, недавно избранному – творить новые законы, кому-то – укреплять свой партийный корабль, давший на минувших парламентских выборах течь. Ну а кому-то – готовиться к участию в мартовских выборах президента.

Олег Малышкин и Виктор Геращенко, Сергей Глазьев и Ирина Хакамада, Сергей Миронов и Николай Харитонов – всех этих людей объединяет как минимум одно: они и не думают всерьез бороться с фаворитом, действующим президентом России. Участники президентской кампании, "конкуренты" Путина – все они игроки в постановочном спектакле. Возможно, не все из них знают до конца сценарий, но догадываются о таковом точно все. Этот момент – самый тревожный с точки зрения зрелости демократических процедур. Ведь "реальный соперник" на выборах в хорошо отлаженном механизме демократии – этот не тот, кто имеет все шансы сменить власть, но тот, кто этого хочет, у кого есть политическая воля это сделать. Когда такая сила есть, когда есть такие претенденты, ожидаемая победа популярного лидера становится безупречно легитимной. Это аксиома, которой в окружении нынешнего президента России почему-то страшатся, предпочитая действовать, как в ельцинские времена, путем интриг и "серых" схем.

Когда лидер партии, не набравшей в составе блока и 3% голосов на парламентских выборах, идет в президенты, он не только не хочет им стать, но даже не хочет пиарить свою собственную партию. Спикер Совета Федерации Сергей Миронов в этом смысле ведет себя как Алиев-младший, в свое время вступивший в предвыборную гонку наряду с отцом, чтобы "помочь ему в избирательной кампании". Разница лишь в том, что наш президент, слава Богу, жив и здоров и, кроме того, в родственных отношениях с Мироновым не состоит. На самом деле роль спикера Совета Федерации в качестве претендента очевидна. В компании претендентов он – самый близкий к Путину человек и работает на подстраховке: а вдруг недобросовестные кандидаты в президенты все как один перестанут быть таковыми, а безальтернативным выборам у нас быть не полагается. Олег Малышкин, представляющий ЛДПР и первый зарегистрированный Центризбирком кандидат в президенты – тот вообще обрел свой нынешний статус только потому, что его шеф решил сам в гонку не встревать. Что было на уме у Жириновского, сказать сложно – возможно, с присущим ему юмором он, снарядив в соперники Путину драчуна-охранника, выразил свое отношение к происходящему; или, как поговаривают проницательные эксперты, в какой-то момент действительно не исключил варианта с бойкотом выборов, после чего в схватку вступили бы уже совсем другие политические персонажи. Да это уже и не важно. 50-летний Олег Малышкин в худшем случае проявит в ходе дебатов лишь свои боксерские навыки. В лучшем – мы его вообще не увидим на телеэкране.

В том же духе можно объяснять участие в кампании всех остальных кандидатов. Выдвижение от "Родины" (не организационное, но фактическое) сразу двух кандидатур – Геращенко и Глазьева – можно расценивать как чисто технический момент: если один не соберет положенных 2 млн подписей, второй подхватит знамя. А можно и по-другому. Популярность Сергея Глазьева способна сыграть дурную шутку с кремлевской администрацией, и Путину просто не хватит голосов, чтобы победить уже в первом туре. Комбинация же Геращенко – Глазьев решает сразу две проблемы: обеспечивает явку и взаимно ослабляет обоих кандидатов, что на руку именно Путину. Возможно, Глазьеву уже намекнули, что он – в числе возможных преемников Владимира Владимировича на 2008 год, возможно, посулили что-то еще, менее впечатляющее, но действует Сергей Юрьевич пока очевидно в русле Кремля. Само по себе это не плохо и не хорошо. Это – политика. Но к идее свободных и честных выборов не имеет никакого отношения.

Однако хуже всего приходится сегодня кандидату-самодвиженцу Ирине Хакамаде. В конечном счете, с Малышкина спрос невелик – он своим статусом обязан исключительно патрону. Миронов – человек из президентской команды, Глазьев – на подъеме. Поход в президенты Хакамады, с треском проигравшей выборы и вместе с СПС, и лично Геннадию Селезневу в одномандатном округе, можно было бы счесть просто истерикой, если бы не возникали сомнения в искренности этих телодвижений. И то и другое крайне обидно, но третьего не дано. Сама Ирина Хакамада говорит, что договоренностей с Кремлем на предмет ее участия нет, а на выборы она идет с тем, чтобы правый избиратель имел своего кандидата, публично отстаивающего либеральные взгляды. Риторика достойная, но все же только риторика. Месяц назад правый избиратель, не явившись на выборы, показал лично Ирине Хакамаде, что нынешнее руководство правых ему просто неинтересно. И показал, между прочим, столь убедительно, что до сих пор ни Немцов, ни Чубайс никак не комментируют самовыдвижение коллеги по партии. В минувшее воскресенье Хакамада в очередной раз заявила, что решение баллотироваться на пост президента приняла сама, без обсуждения с Кремлем. Возможно, что это чистая правда. Однако всем ясно, что присутствие в соперниках у Путина Глазьева и Хакамады – пожалуй, единственных политиков из "высшей лиги" – делает предстоящие выборы похожие на всамделишные.

Что из вышесказанного соответствует истине, а что нет, отчасти станет известно после того, как самовыдвиженцы или кандидаты от партий, не прошедших в ходе последних выборов в Думу, соберут (или не соберут) положенные по закону 2 млн подписей. Теоретически, нынешние кандидаты должны будут собрать на круг порядка 14 млн подписей. Центризбирком предупредил, что их подлинность будет строго проверяться, так что в случае серьезной фальсификации кое-кто может быть и не допущен до выборов. Как заметил на днях председатель ЦИКа Александр Вешняков, не исключено, что в избирательных бюллетенях будет не 10 фамилий, а вдвое меньше. Между тем некоторые политтехнологи полагают, что кому-то не то собрать – даже сфальсифицировать подписи не удастся. Вот что сказал в комментарии "Yтру" на этот счет политтехнолог ИЗБАСС Валентин Полуэктов:
"Приведу такой факт из личной практики. В 1996 г. при полностью отлаженной машине по скоростной "рисовке" подписей, охватывающей свыше 1500 человек, действующей компактно, только в Москве, на основе распечатки единой адресной базы, для подготовки к сдаче в ЦИК 1 млн 300 тыс. "рисованных" подписей требовалось минимум 18 дней. Но ведь это был высокоскоростной конвейер – на изготовление одной подписной строки со всеми издержками производства уходило не более пяти минут! При реальном сборе на одну подпись (тоже всё со всем) надо закладывать минимум полчаса".

Любопытно, что той же Ирине Хакамаде предстоит за короткий период собрать подписей в количестве не намного меньшем, чем количество голосов, отданных вместе СПС и "Яблоку" на последних выборах в Думу. Да что там Хакамада – даже для действующего президента, при всей его популярности, собрать в определенные сроки положенное число подписей весьма проблематично. "Честно собрать за месяц 2 млн 300 тыс. подписей при нынешней реальной, а не бумажной развитости партийных структур в России, без включения в процесс фальсификации подписей муниципальных структур власти, в принципе невозможно. Даже Путину, – считает Валентин Полуэктов. – Гипотетически можно, конечно, предположить, что Путин лично обратится к избирателям за поддержкой. И те, вдохновившись обращением любимого президента, бросятся отлавливать президентских сборщиков, чтобы сдать им свои закорючки. Но это гипотетический вариант. А в реальной жизни собрать требуемое число подписей все-таки невозможно".

Однако мало кто сомневается, что сторонники Путина соберут необходимое число подписей. Возможно, это сделают даже Геращенко и Хакамада – если так и произойдет, то многое в нынешних предвыборных предположениях обретет силу состоявшегося факта. Впервые в истории новой России речь не идет о выборе – ни об эпохальном, так сказать, "программном", ни о текущем. Гражданам предложено либо оставить все как есть, либо проспать весь день выборов, чтобы потом из новостей узнать, что они оставили все как есть.

Александр КРАЙЧЕК |
Выбор читателей