Выборы в Чечне несправедливы по определению

Читать в полной версии →
"Нарушения в Чечне присутствуют изначально. Нарушен один из основных базовых принципов – создание равных возможностей для кандидатов. Он не соблюдался и во время предыдущих выборов президента республики"




Ведущий эксперт Санкт-Петербургского гуманитарно-политилогического центра стратегии Московской хельсинской группы Антуан Аракелян – один из тех, кто проводил мониторинг президентских выборов в Чечне. Накануне голосования с ним встретился и побеседовал корреспондент "Yтра".

"Yтро": Вы проводите мониторинг на этих выборах и готовите конференцию по правам человека с участием комиссара Совета Европы по правам человека Альваро хиль Роблеса. Какова ваша оценка выборного процесса в республике?

Антуан Аракелян: Чечня – это ситуация исключительная. В целом моя точка зрения совпадает с оценкой многих моих коллег, правозащитного сообщества: выборы здесь не отвечают и не могут отвечать самому определению этого понятия. Мы называем их назначением. Фаворит определен заранее, и реализуется уже принятое решение. Это характерно и для нашей страны в целом, и для регионов. Аналогичная картину мы видели в Санкт-Петербурге в сентябре прошлого года на выборах губернатора – там тоже состоялось назначение на должность Валентины Матвиенко, которое потом просто претворили в жизнь. Другое дело, что в Петербурге нормы закона, нравственности нарушались не так сильно, как здесь. Ведь, как известно, закон – структурированная, согласованная форма нравственности. Но нарушения в Чечне присутствуют изначально. Нарушен один из основных базовых принципов – создание равных возможностей для кандидатов. Он не соблюдался и во время предыдущих выборов президента республики.

"Y": В чем это выражалось?

А.А.: Тогда выставляли свои кандидатуры московские чеченцы, которые были выбиты из предвыборной гонки по формальным причинам. Одному предложили высокий пост, других заставили сняться иными методами. Церемоний особых не было. Слишком многое свидетельствовало именно о назначении кандидата. На нынешних выборах это настолько откровенно, что многие возможные кандидаты, которые в идеале могли рассчитывать на значительную часть голосов, даже не выдвигались. Они всё уже знали, поняли правила игры.

"Y": Можно ли считать эти выборы прозрачными с точки зрения правозащитников?

А.А.: Эти выборы по определению несправедливы. Так посчитали, в частности, в ПАСЕ, отказавшись присутствовать на них в качестве наблюдателей. Наша и некоторые другие организации присутствуют здесь, проводя мониторинг. Но в любом случае, я считаю, что и журналистам, и правозащитникам надо участвовать в событиях, информируя о происходящем людей.

Мы отметили не вполне грамотную работу членов избирательной комиссии на местах. В частности, было выявлено, что в день, когда агитация была запрещена, на избирательных участках находились агитационные материалы одного из кандидатов. Нарушений такого плана множество, и они воспринимаются уже как нечто в порядке вещей. А в избирательной комиссии, к сожалению, не хватает грамотных специалистов. Есть вопросы и по распределению эфирного времени между кандидатами в республиканских СМИ. Наблюдался явный дисбаланс. Информационные и агитационные материалы преобладали в отношении одного человека. Главный кандидат общается с Путиным, фигурирует в репортажах о футболе и фактически преподносится, как и.о. президента. И все же, это можно назвать местными особенностями.

"Y": Вы общались с кандидатами на пост президента Чечни. Какие цели они преследуют, если итоги выборов известны заранее?

А.А.: Есть ряд кандидатов, выходцев из госструктур, которым просто приказали: "Иди". Они выполняют волю свыше и обеспечивают легитимность выборов. Есть кандидаты, которые позиционируют себя на политическом поле, в хорошем смысле набирают очки, отрабатывают свои программы, сам механизм избрания, готовясь к выборам в парламент Чечни. А один-два искренне верят, что вдруг народ на этот раз выберет их.

"Y": Вы были наблюдателем во время выборов Масхадова и в ичкерийский парламент в 1997 году. Уместны ли сравнения тех выборов и нынешних?

А.А.: Едва ли, ведь тогда была совершенно иная политическая обстановка. Тогда у жителей республики был энтузиазм – завершились боевые действия. На ичкерийских выборах объявили о явке в 80%. Масхадов набрал 60%, Басаев – 25, Яндарбиев – 10, остальные – менее процента каждый. Тогда Масхадов олицетворял собой наиболее гибкую и сбалансированную программу. Другое дело, что потом он стал получать свои проценты за торговлю людьми и похищения заложников. Но, повторюсь, сравнение неуместно.

Что же касается этих выборов, то в самой республике многие согласились бы с тем, что гораздо проще и, может быть, эффективнее, было просто назначать руководство в такой сложный период. Но этого не происходит, и это – недоработанность всей федеральной политики. Ведь, по большому счету, Россия – уникальная федеративная страна, где будущее строится на неассимитричной форме федерации.

Сегодня в Чечне существуют три центра силы: промасхадовский, прокадыровский, а третий – население, которое не вовлечено в первые два. Население не организовано, вытеснено из социального оборота. Для его организации необходим институт парламента, где будут выражаться интересы населения. Поэтому выборы в парламент в будущем году имеют большое значение.

Увайс СУЛТАНОВ |
Выбор читателей