Беслан: лабиринты искажений

Читать в полной версии →
Спустя год с лишним после трагедии в Беслане звучат лишь отговорки, намеки или многообещающие словесные пассажи: найдем, установим, накажем, запретим, обезвредим, наконец, замочим в сортире


Бесланская школа год спустя.
ВСЕ ФОТО



Об эффективности отечественной правоохранительной системы нет нужды рассуждать долго и витиевато по единственной причине – она близка к нулю. Через год после трагедии в Беслане ни следователи прокуратуры, ни специалисты в области антитеррора (а таковые, надеюсь, еще существуют в России), ни члены различных комиссий так и не смогли ответить на интересующие граждан страны и прежде всего самих потерпевших вопросы. До сих пор не установлено, сколько же террористов участвовало в захвате заложников на самом деле и скольким все-таки удалось вырваться. Не говоря уже о других принципиальных моментах: причины взрывов в спортзале, расстановка сил и средств силовиков, руководство всей операцией, оценка действий пожарных и тех, кто призван был спасать из горящего здания детей и т.д. По большому счету, ответов нет, существуют лишь отговорки, намеки или многообещающие словесные пассажи: найдем, установим, накажем, запретим, обезвредим, наконец, замочим в сортире. И так год с лишним...

Официальная версия о численности террористического отряда, устроившего рейд в Беслан, существует с сентября 2004 года. Число "32" было озвучено, когда еще толком не успели допросить захваченного Кулаева, когда следователи еще не делали вид, что выслушивают бывших заложников – женщин и детей. Только потом компетентные лица стали фиксировать то, что говорили заложники, хотя, по большому счету, все это уже было не важно. Может, слова заложников считают необъективными? Да, действительно, люди, пережившие колоссальный стресс, могут искаженно оценивать страшные события, могут элементарно ошибаться, ведь у страха глаза велики. Но других свидетелей нет и не будет.

Почему не берутся во внимание показания свидетелей, когда, казалось бы, их нужно ценить на вес золота? Опираться на сведения, изложенные бывшими заложниками и свидетелями теракта в Беслане, – долг любого следователя, считающего себя профессионалом, если только его не лишают возможности использовать ту или иную информацию. Но разве у нас прислушались к бывшим заложникам? Гораздо охотнее дают на телевидении слово "целителю" Грабовому, пообещавшему воскресить чуть ли не пол-Беслана.

Итак, озвучено число – 32 террориста, из которых взят живьем только Кулаев. Любые иные данные, в том числе показания свидетелей и бывших заложников, игнорируются следствием. Дошло до того, что тех, кто осмеливается иметь отличную от официальной точку зрения, прокурорские работники обвиняют чуть ли не в пособничестве террористам. Чего стоят "наезды" Генпрокуратуры на вице-спикера парламента Северной Осетии Станислава Кесаева, позволившего усомниться в эффективности и методах работы следователей.

Корреспондент "Yтра", все три дня находившийся рядом с захваченной террористами школой, также сомневается в фактах, которые пытаются навязать общественности представители власти. Я по-прежнему считаю, что 32 террориста не могли контролировать такое количество помещений, держать под прицелом заложников, следить за взрывными устройствами и одновременно быть готовыми к отражению штурма.

Много вопросов остается относительно действий оперативного штаба по спасению заложников. Очевидно, что тех, кто принимал решения в те роковые дни, позднее вывели из-под удара и не наказали по настоящему. Если судить по стенограммам встречи президента России с родственниками погибших в Беслане детей, эту информацию косвенно подтвердил и сам Владимир Путин.

Хочется верить, что пусть не скоро, пусть по крупинкам, но мы все же сможем приблизиться к истине. Слабая надежда на это еще существует, но, к сожалению, тает с каждым месяцем. Надежда на парламентскую комиссию, возглавляемую Торшиным, испарилась, когда стало ясно, что парламентарии, мягко говоря, не совсем разбираются в расследуемых вопросах или же повторяют то, что хотят слышать "наверху". Тема компетентности чиновников – еще одна болевая точка в расследовании бесланских событий. Через год после гибели заложников следствие оказалось не в состоянии даже провести ряд экспертиз, проливающих свет на события, я уже не говорю о нормальном, деликатном и участливом общении следователей, сотрудников спецслужб, прокурорских работников с теми, кто побывал в аду, с родными и близкими тех, кто не выжил. Вместо этого вся страна слышит грозные окрики из кабинетов, этакое завуалированное хамство, угрозу вызвать на допрос всех, "кого следует". Президенту Северной Осетии Мамсурову, над детьми которого измывались "воины" Басаева, приготовили новое испытание, также пообещав вызвать на допрос, да еще в какой форме. И если глава региона вынужден был это проглотить, то что же говорить о простых жителях Беслана?

В кабинетах следователей побывал и пенсионер Константин Баликоев, у которого во время теракта в Беслане погибла дочь. Он поведал информацию, которая должна была заинтересовать следствие. А в ответ – молчание...

Баликоев утверждает, что своими глазами видел одну из групп террористов, которая сумела выбраться из школы живьем. Подчеркну, что только одну группу. Хотя сам Баликоев, как и большинство представителей комитета "Голос Беслана", уверяет, что таких групп было несколько. Впрочем, слово свидетелю: "Лично я знаю – 10 человек убежали. Я видел их своими глазами. Мои показания может подтвердить еще один свидетель – Теймураз Дряев".

Возможно, показания Баликоева не устраивают следствие, потому что он позволяет утверждать совсем крамольные мысли. Он считает, что вертолет указывал тем, кто бежал из Беслана, дорогу, и говорит, что боевиков встречали машины. Какой вертолет и какие машины, Баликоев не знает, он просто говорит о том, что видел.

– Когда вы это видели?
– Это происходило 3-го после 16:00 на окраине Беслана, а точнее, у моста на въезде в город со стороны Владикавказа, на территории плодового совхоза "Садовый". Я там пас коров. Можно сказать, оказался случайно. Именно там я увидел террористов. В маленькой дубовой роще стояли красные "Жигули". Я сделал вид, что собираю коров в кучу, и подошел к этой машине ближе. Там сидел человек, который смотрел в сторону Беслана, в то место, откуда выходили бандиты. На заднем сиденье лежал гранатомет. Затем человек, словно опомнившись, завел машину и резко уехал. А боевики бежали по пояс голые, разбегались в разные стороны. Я до сих пор задаю вопрос, почему в той местности, около моста не было ни одной души – ни милиционера, ни солдата?

– Какие приметы у них?
– Голые по пояс, убегали в сторону Ингушетии. Кто же, кроме террористов, мог быть? Пятеро раздетые по пояс и еще пятеро в спортивной одежде. Все они были без оружия. Каждый задает мне этот вопрос – а откуда у вас доказательства, что это были террористы? Но это были они. Я думаю, что вертолет указывал им дорогу, куда убегать.

– А вертолет не мог, наоборот, преследовать убегавших?
– Нет, я 18 лет служил в службе безопасности аэропорта в Беслане. Так что могу понять, как ведет себя в воздухе машина. Заложники запомнили, что когда в школе шел бой, террористы брились и переодевались в спортивные костюмы. Кто даст гарантию, что в том хаосе террорист не мог взять ребенка на руки и выбежать, как будто он помогает вытаскивать заложников? И ищи их дальше.
...Мы ждем правды уже целый год. Но если будет Шепель, то результата не будет. Они думают, что у меня убили дочь и я буду молча сидеть? Нет, я буду мстить, возьму оружие. Я еще могу держать в руках автомат и, тем более, нож.

По словам Константина Баликоева, кроме него есть, как минимум, еще один человек, столкнувшийся с террористом, который смог покинуть школу в Беслане. "Свидетеля зовут Миша. Он русский, живет в Беслане на улице Ватутина, – говорит Баликоев. – Он может подтвердить, что в камышах у кирпичного завода (горожане называют это место "кирпичные планы") видел одного из боевиков в спортивной одежде. Террорист даже привстал из зарослей, посмотрел на Мишу и снова сел. В этот момент у него затрещала рация и раздалась речь по-русски: "Жди, сейчас к тебе придет машина". Миша также давал эти показания, но никто не знает даже реакции на его свидетельства. А нужны ли эти сведения вообще кому-либо? Кроме того, существует еще несколько сигналов – хотя бы телефонных звонков: люди сообщали, что видели убегавших террористов. И почему-то это снова никого не интересует.

Виктор Есиев – член комитета "Голос Беслана", участник встречи с Владимиром Путиным: Вертолеты летали и над школой. Я видел два, летали они и над Тереком. Были террористы, кто бежал в сторону Терека, и их расстреляли с вертолетов на берегу.
Константин Баликоев: Я давал показания. Но вот реакция Шепеля: "Такого не может быть". Нам не ответили, кто и с какой целью вызвал в Беслан вертолеты. Мы хотим узнать правду!
Виктор Есиев: Мы добиваемся того, чтобы объединить все уголовные дела по теракту в одно, но нам в этом отказывают, неизвестно по каким причинам. Наш адвокат говорит, что по законам их можно объединить. По делу пока проходит Кулаев, по делу другому проходят сотрудники милиции, еще есть основное дело, а мы, пострадавшие, даже не знаем, что это за дело. В течение года нас никто не удосужился ознакомить с ним. Мы требуем, чтобы нам объяснили хотя бы, что это за дело.

Есть бывшие заложники и свидетели, которые утверждают – террористов было 60-70 человек. Если следствие по теракту в Беслане ведется адекватно, то почему их не удалось убедить в том, что они заблуждаются? Бывший следователь прокуратуры 63-летний Казбек Торчинов утверждает следующее: "Двадцать пять человек я видел, как вышли из фургона грузовика. Два человека вышли из кабины; 28-й был уже во дворе школы, 29-й открывал ворота. Еще человек 7-8 бежали вдоль стены в масках. Всего я там насчитал не менее 45 человек!".

Что самое удивительное, официальная позиция совпадала с тем, что утверждали террористы в Интернете! Так, через несколько дней после теракта в Сети появилось письмо, подписанное Басаевым. Главарь террористов (или тот, кто писал от его имени) в нем утверждал, что в школе было 33 "моджахеда", перечислив их национальности. Упомянул и про Кулаева, добавив, что верить ему не нужно, дескать, все, что говорит этот человек, несущественно. А нужно ли верить Басаеву? Делать это – все равно, что признаваться в любви к Джеку-потрошителю или лобызаться с каннибалом. Но из самых высоких российских кабинетов чуть позже зазвучало число "32"! ПО-ЧЕ-МУ? Что, Басаев научился зомбировать на расстоянии не хуже Грабового? На самом деле "Гинеколог" своим "признанием" мог прикрывать тех террористов, которые ушли от возмездия и кого не достала пуля спецов "Альфы" и "Вымпела". Так он заботился о своих "горных орлах", давая им скрыться, залечь на дно, уводя следствие в ложном направлении. И это ему удалось! А недавно Басаев снова выдал "откровение", заявив, что где-то в пещерах, облюбованных террористами, нашелся живой участник "операции" в Беслане (это он про захват детей). Этот экземпляр якобы даст показания только "независимому международному расследованию".

Следствие не дало оценку информации, поступавшей в тот момент, когда террористы с боем пробивались из пылающей школы. В частности, депутат Кесаев слышал, как по рации милиционеры говорили, что террористы переоделись и разбежались. И сейчас глава комиссии парламента Республики Северная Осетия-Алания по расследованию теракта убежден, что захватчиков было никак не 32. Станислав Кесаев проявляет упрямство, повторяя: "Мы располагаем информацией о том, что среди террористов были человек с характерным шрамом через всю шею, маленький толстый бородатый боевик, женщина-снайпер славянской внешности, которая, по оперативной информации, ушла из школы, переодевшись в белый халат. Останков таких людей нет среди трупов террористов". Из показаний потерпевшего Кости Н., 1988 года рождения (о террористах): "У одного шрам во все горло. Резали и не дорезали. И вот от уха до уха у него по горлу шрам. Он низкого роста. ...Они были не все в масках. Они маску наполовину снимали, видно, что молодые. Один без маски вообще сидел. Кто постарше, они без масок были. Один здоровый был, два метра рост, обросший весь, длинные волосы и черная борода и писклявый голос. Одежда черная с арабской какой-то символикой".

Единственное, что удалось следствию, так это провести следственный эксперимент, усадив 32 вооруженных человека в кузов тентованного грузовика ГАЗ-66, на котором и приехала часть террористов. Казалось бы, все сходится – 32 человека едут на грузовике, выскакивают и действуют. Но не все так просто. Мнение членов комиссии парламента РСО-А иное: с такими горами оружия басаевцы не могли прибыть на одном лишь ГАЗе. Еще рядом со школой мелькали таинственные УАЗы, легковая машина, словно из-под земли появились закамуфлированные террористы. Кто-то из них прибыл в школу заранее? Есть данные, что на второй день теракта в здании школы появились новые террористы. У них произошла пересменка? Первого сентября детей встречали люди с оружием, успевшие взять всю школу по периметру под контроль. Непонятно, сколько же было среди террористов женщин-смертниц. Есть два тела, но существуют сведения, что женщин было три или четыре. А кто дал более-менее толковую оценку числа пособников террористов, которых в толпе собравшихся возле школы жителей Беслана пытались вычислить сотрудники спецслужб?

"Пособники, несомненно, были и в толпе вокруг захваченной школы, и помогали подготовиться к захвату, и помогали проехать к школе. Ведь такая четкая работа требует тщательной и долгой подготовки, знания подъездных путей, плана школы", – говорит Станислав Кесаев. Есть еще один прокол, который как бы и не заметили. Путину, прибывшему в Беслан после уничтожения террористов, предъявили оружие басаевцев. Правда, не позаботились даже снять с него отпечатки пальцев. В этой горе оказалось больше 50 стволов! Выходит, что каждый из террористов имел чуть ли не по два автомата – по одному в каждой руке? Верится с трудом. Спецназу ФСБ противостояли монстры, способные вести огонь с двух рук – а как же тогда относиться к утверждениям, что террористы были наркоманами? Или в стремлении угодить собрали для демонстрации главе государства все оружие, что попалось под руку?

Есть в Беслане люди, которых трудно переубедить даже таким могучим асам следствия и дознания, как Владимир Колесников или Николай Шепель. Например, одна учительница, с которой беседовал Станислав Кесаев. Женщина уверена, что террористов, кольцом окружавших школу и загонявших заложников, было не меньше пятидесяти. Она говорит: "Я же учитель, у меня взгляд наметанный".

Хватит ли у российской власти, у всех нас сил, воли, терпения и мужества, чтобы выяснить истину? В страшные дни Беслана стране под названием Россия был брошен вызов. С нами на равных пытались говорить силы тьмы. Мы же – все вместе – оказались настолько слабы, что группа террористов в сентябре 2004 г. сумела перехватить инициативу, попыталась диктовать условия, собрав для смерти тысячу с лишним наших детей. Мы отбивали детей, как могли, мешая спецназу, кидаясь под пули и разрывая на куски взятых в плен террористов. Конечно, есть и те, кто проявил трусость и малодушие. Так пусть они будут наказаны – лучше поздно, чем никогда. И не забыть бы за судебной казуистикой решить главное – уничтожить тех, кто приготовил России "бесланский сюрприз". Иначе нас ждут вызовы еще страшнее. Но вот что же может быть страшнее?

Фото автора


Олег ПЕТРОВСКИЙ |
Выбор читателей