Остановись, мгновенье, – Гришковец прекрасен!

Читать в полной версии →
Спектакль "одноврЕмЕнно" Евгения Гришковца записали на DVD. Пожалуй, можно сказать, что событие это в какой-то степени историческое. Ведь спектакль меняется вместе с автором, вместе со временем и никогда не повторяется


Фото: odnovremenno.ru



Спектакли Гришковца – как Крым. Туда надо возвращаться постоянно. В них есть какая-то всепобеждающая уверенность в том, что свою долю радости ты в любом случае получишь – как в Крыму: даже если с погодой в этот раз не повезло, все равно остается "массандра" и море прекрасных воспоминаний.

В минувший понедельник в Центре В.С. Мейерхольда записывали на DVD спектакль "одноврЕмЕнно". Можно, наверное, сказать, что это событие в какой-то степени историческое. Ведь "одноврЕмЕнно", ставшее в свое время театральной сенсацией, за которую Евгений Гришковец получил "Золотую маску" и был назван новатором, ни разу не повторялось. То есть все спектакли отличались друг от друга, и те, которые Гришковец будет играть после записи, – тоже будут не такие. Канонического текста как не было, так и нет, "одноврЕмЕнно" меняется вместе с автором, вместе со временем и никогда не повторяется. А запись – только один из вариантов этой пьесы, существующий здесь и сейчас.


Фото: odnovremenno.ru

Видела я этот спектакль, раз, наверно шесть – первый, когда Гришковец впервые играл его в Москве; кажется, это было в ТЮЗе, в зале человек на 150. С тех пор изменилось многое, и не только в пьесе: ну, например, второй миллениум уже в прошлом. Но эпизод "миллениум" в спектакле совсем не устарел, только время поменялось, а тазик новогоднего оливье по-прежнему вкуснее наутро, когда уже постоял в холодильнике.

И так – в каждом эпизоде можно найти десяток новых линий и сюжетов. Но самые существенные изменения претерпел, наверно, не спектакль, а его автор. Он стал менее стеснительным и от этого, кажется, чуть менее искренним, появились какие-то интонации... как будто чужие. Заимствованные, что ли. Стало иногда похоже на Жванецкого. Спектакль, что называется, "обкатался" – было бы удивительно, если б за столько лет он этого не сделал, – но мене правдивым от этого не стал. И эту правду записывали на DVD перед полным залом зрителей.


Фото: odnovremenno.ru

В самом начале, за пять минут до "мотора", сломался цветопульт. Гришковец маялся на сцене – ему было страшно неудобно задерживать людей: "Меня успокаивает только одно: мы не продавали билетов". Пока чинили пульт – 45 минут – Евгений сыграл целый спектакль: рассказывал историю гастролей "одноврЕмЕнно". Еще говорил, что критики часто спрашивают его, почему он так просто использует звук и цвет – вот так в лоб прямо: звук и цвет. "Да потому что у нас в Кемерово, где я начинал, был очень простой цветопульт. Там было шесть рычагов и фонарей тоже всего шесть. И когда он работал, он так гудел, что его надо было заглушать музыкой. Ну вот... И он был неудобный и тяжелый... Но он никогда не ломался! Вообще, это самый оснащенный зал, какой только можно было найти для съемки, извините, что так получается. Ребят, долго вам там еще?"

Люди уходили курить, возвращались. Гришковец рассказывал байки. Наконец сказал, что даже если не починят – через пять минут начнем. Потому что для спектакля нужны только зрители и он сам, больше ничего не нужно. Как раз через пять минут пульт починили, и запись началась.


Фото: odnovremenno.ru

Вообще, интересно следить, как меняется спектакль со временем. Например, эпизод "хочу, чтобы грузины спели" трансформировался в "хочу стать путешественником": про грузин ни слова, а грузинский хор остался. Монолог про "Мону Лизу" стал эмпирическим: теперь автор много раз бывал в Париже и может рассказать о нем всю правду. Но во всей это истории меня больше всего удивило вот что: кажется, в зале были люди, которые слышали этот текст первый раз. Я, если честно, думала, что таких уже не осталось. И искренне им завидовала. Но теперь тем, кто не видел спектакля на сцене, не обязательно отлавливать Гришковца в Москве – диск скоро выпустит в продажу компания "Снегири", и его можно будет поставить на полочку рядом с диском "Как я съел собаку".

P.S. Судьбу диска Гришковец так предсказал в спектакле: "Вот, люблю я "Семнадцать мгновений весны" – и купил на дисках "Весь Штирлиц": положил дома и ни разу не смотрел. А когда будут Штирлица показывать в неудобное время по какому-то дурацкому каналу – я буду смотреть!.. Потому что на DVD, если мне захотелось в туалет, я могу нажать паузу и уйти, а Штирлиц вот так (показывает, как) замрет и будет меня ждать. Ну разве я могу любить такого Штирлица? Любить можно только то, что нельзя остановить".

Гришковца, к счастью, кажется, нельзя остановить.

Маша КУЗЬМИНА |
Выбор читателей