Рисованная музыка Россине

Читать в полной версии →
В Музее личных коллекций до 25 ноября работает выставка Владимира Баранова-Россине – живописца, игравшего заметную роль на художественной сцене рубежа XIX - XX столетий и практически неизвестного у себя на родине


ФОТО: museum.ru



В Музее личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина до 25 ноября работает выставка Владимира Баранова-Россине – живописца, игравшего заметную роль на художественной сцене рубежа XIX - XX столетий и практически неизвестного у себя на родине. А все потому, что годы жизни этого замечательного мастера пришлись на мрачное и страшное время, когда из неласковой России намеренно изгонялись или вынуждены были уехать те, кто был способен обеспечить ее процветание во всех сферах – в экономике, торговле, промышленности, науке, философии, культуре. Не были исключением и художники, особенно – художники русского авангарда, быстро утратившие романтические революционные иллюзии и надежды на возможность альянса с победившим режимом. Среди последних оказался и Баранов-Россине, признававшийся в одном из своих поздних писем: "В живописи я тот же, что и раньше, так и умру, я делаю все, что хочу. И моя борьба состоит в том, чтобы бороться с теми невозможностями, которые мешают исполнению того, что хочу. <...> Для меня живопись – жизнь. Главное, делаю все любя, ибо так нравится". Именно эти слова и стали своеобразным эпиграфом к персональной выставке художника.

Свое художественное образование сын мелитопольского купца начал в либеральной Одессе. Закончив местное художественное училище, он в 1908 г. получил звание учителя рисования и черчения в средних учебных заведениях. Кстати, одновременно с Барановым-Россине науку академического рисунка постигал Крученых – в недалеком будущем один из самых радикальных русских авангардистов. В 1908 г. Владимир поступил в Петербургскую Академию художеств. Именно в городе на Неве произошла его встреча с всемогущим семейством Бурлюков, сыгравшая решающую роль в творческой судьбе художника.

Тогда, в конце девятисотых годов, Баранов-Россине одновременно мог испытывать на себе влияние французского импрессионизма, венского Сецессиона и творчества Михаила Ларионова. Важно то, что, впитывая чуть ли не все актуальные веяния современной культуры, Баранов-Россине никогда не утрачивал собственного "я", уже в ту раннюю пору проявляя себя как зрелый, сложившийся мастер.

К тому времени художник вступил на путь, общий для многих выходцев из российской черты оседлости. Своим местожительством он избрал Париж - Мекку одаренных юношей всех стран и народов мира. Поселившись в знаменитом "Улье", он немедленно вошел в круг наиболее одаренных живописцев этой эпохи. Работы титанов парижской арт-сцены служили для него таким же источником творческих импульсов, как и внешняя окружающая среда, как настоящие ландшафты, настоящие вещи, настоящие фигуры. "Творчество Баранова-Россине представляет собой соединение разных стилей, характерных для интернациональной Парижской школы: постимпрессионистической, кубистической и кубофутуристической, – подчеркивают кураторы выставки. – Художественную эпоху рубежа ХIХ - ХХ вв. он постигает с кистью в руках, соединяя в своих произведениях импульсы, полученные от Матисса, Гогена, Пикассо, Синьяка, Ларионова, Бурлюка".

Персональный вклад Баранова-Россине в искусство связан, прежде всего, с музыкой. Увлеченный модными в то время измышлениями о соответствии ритма и цвета, художник создал уникальный аппарат, сочетающий музыку с изображением. В это смысле он принципиально отличается от своих великих единомышленников – художника Кандинского и композитора Скрябина: обладая редкой в художественной среде способностью к изобретательству в сфере техники, Баранов-Россине смело взялся за воплощение своих замыслов. Уникальный музыкальный инструмент, получивший название оптофон, представлял собой систему клавиш, позволяющий во время игры "пианиста" проецировать на экран более трех тысяч оттенков цветового спектра. Художник активно продвигал свое изобретение как в послереволюционной России, куда он, подобно многим, вернулся, окрыленный надеждой, так и в Европе, после вынужденной эмиграции в 1925 году. Однако судьба распорядилась так, что его детище было предано забвению, так же как и имя самого художника, сгинувшего в Освенциме.

В экспозицию выставки вошли произведения, свидетельствующие о многогранности увлечений живописца. Кураторы проекта подчеркивают особую ценность малоизвестных работ, находящихся ныне в частных собраниях, коллекциях зарубежных и региональных музеев и семье художника.

Анна ЛИНДБЕРГ |
Выбор читателей