Офицер КГБ променял учение Ленина на учение Будды

        В Свердловской области бывший офицер КГБ превратился в буддийского ламу. Свой путь к духовной свободе Тензин Докшит (в миру Михаил Санников) искал долго и по-разному. Сначала в советской разведке, потом в храме, который он сам и построил в уральских горах.
        Сейчас Лама отрешился от мира, впрочем, не до конца. О прошлом напоминают портреты духовных наставников не совсем привычные для буддистов.
        Путь к буддистскому храму на горе Качканар — уже испытание духа. Десять километров вверх по бездорожью. Здесь на вершине десять лет назад основал монастырь Михаил Санников, в прошлом офицер КГБ, сейчас лама.
        Отслужив в Монголии, он понял, что единственный путь из органов — в монастырь. Сменил погоны на рясу, а также пароли, явки, адреса и даже имя — теперь он Тензин Докшит. В буддистском святилище два портрета: духовного учителя с Тибета и еще одного разведчика.
        Лама Тензин Докшит: "Тут видно все далеко, в поле зрения никакие объекты не попадают, кроме соседних гор и лесов. И как можно меньше отвлекающих факторов у людей, которые занимаются индивидуальными духовными практиками".
        Так скрыться мог только настоящий нелегал. Обитель уральских монахов больше похожа на домик Деда Мороза, чем на тибетский храм. Весь монастырь — это небольшой утепленный сарай с печкой и ступы — культовое сооружение. Вместе с ламой здесь живут его ученики — семеро мужчин со всех уголков страны и одна девушка. Почти сказка "Белоснежка и семь гномов".
        Лама Тензин Докшит: "Кашку варю. Захотелось экзотики, приключений. Оказалось, что и тут жизнь, такой же быт, как везде. Пришлось остаться".
        Режим дня в буддистском монастыре тоже военизированный. В 7 утра подъем, постоянные физические нагрузки, труд на благо храма и духа.
        Бывший чекист назвал свой монастырь "Шат Чуплинг" — место исполнения желаний. Однажды суда забрались буддисты из Екатеринбурга. Но после такой дороги сказали, что к Будде пойдут другим путем.
        Лама Тензин Докшит: "У монахов очень много внешних ограничений. 260 обетов для мужчин, 236 — для женщин, то есть что-то совершенно безумное".
        У мирских буддистов даже место встреч ничем не похоже на храм. Внешне — это обычная изба, разве что украшена разноцветными флажками. У ламы, который сменил учение Ленина на учение Будды, все по-другому. Возводить храм он намерен всю жизнь и не только свою, а достроят это сооружение лет через триста — слишком мало рабочих рук.
        Но торопиться здесь не любят. Ведь говорят, что Россия самая буддистская страна, потому что все то и дело повторяют: будет, будет.