Национальность мешает россиянам

Разница в самоопределении американца и россиянина состоит в том, что первый на вопрос "Кто вы?" ответит "американец такого-то происхождения", а второй укажет свою этническую принадлежность




В Москве 7 июня прошел круглый стол на тему "Гены и национальности. Генофонд и миграция" с участием ведущих специалистов в области генетики, антропологии, исследования наследственных болезней, этнологии, изучения межнациональных отношений и конфликтов. Участники пытались ответить на животрепещущие вопросы: что такое национальность, есть ли генетические отличия между представителями различных национальностей, как влияют миграции на общество, откуда возникают конфликты на национальной почве и как обстоят дела с российским генофондом.

Открывавший собрание доктор биологических наук, директор Института общей генетики РАН Николай Янковский обозначил общую для генетиков точку зрения: в их исследованиях категории "национальность" не существует. Генетики работают с понятиями "гены", "миграции генов", "генофонд", тогда как категория "национальность" связана с самоопределением человека. Соответственно, нельзя выделить и какие-либо "национальные гены".

Современная генетика может заглянуть в прошлое и найти так называемых "коренных жителей" - потомков тех людей, которые заселяли данную территорию во времена формирования народа. И тут нас поджидают неожиданности. Во-первых, чисто "коренных жителей" в урбанизированных странах чрезвычайно мало. Не так давно в Великобритании проводился масштабный проект по поиску исконных англичан, нашли всего несколько десятков потомков таких людей. В России подобные исследования в рамках глобального проекта "Геногеографическое изучение генофонда Евразии" проводились под руководством доктора биологических наук, руководителя лаборатории популяционной генетики Медико-биологического научного центра РАМН Елены Балановской, которая тоже присутствовал на заседании, и выявили немногим большее количество "коренных русских" в сельских районах европейской части России. Николай Янковский по этому поводу высказался однозначно: "С точки зрения генетиков, никакого коренного населения, например, в Москве нет".

Во-вторых, наши обыденные представления о народе могут отличаться от результатов генетических исследований. Те же "коренные русские", равно как и "коренные татары", например, оказались генетически ближе к финно-угорским народностям России. Что не удивительно, ведь угро-финны первыми заселили Русскую равнину после последнего оледенения. А первопоселенцы, в свою очередь, формировались на основе каких-то очень древних миграций различных племен.

Ну и, в-третьих, что самое главное, научные данные генетических исследований не должны интерпретироваться в политическом плане. По сравнению Балановской, "гены - щепки в потоке истории", не более того.

Доктор исторических наук из Института этнологии и антропологии РАН, специалист по межнациональным отношениями и конфликтам Виктор Шнирельман указал, что современные этнологи изучают более общее по отношению к национальной принадлежности понятие этнической идентичности. А этническая идентичность, то есть то, почему и как мы ассоциируем себя с той или иной этнической общностью, - понятие переменчивое. Так, земледелец на Балканах в XIX в. назывался "болгарин", а когда он выходил в купеческое достоинство, то становился "греком". Примеров смены идентичности в зависимости от социальных, религиозных или иных факторов существует множество.

В России и Восточной Европе принято подразумевать под "национальностью" этнический аспект, тогда как на Западе она связана с понятием гражданства. Разница в самоопределении американца и россиянина состоит в том, что первый на вопрос "Кто вы?" ответит "американец такого-то происхождения", а россиянин укажет свою этническую принадлежность.

Этнолог, кандидат исторических наук Сергей Соколовский из ИЭА РАН объяснил, что "национальные признаки" через стереотипные формы поведения определяет культура, а не гены. Сугубо этническое понимание "национальности" было закреплено "сверху" при создании этнической федерации - СССР еще в 20-х годах прошлого столетия. Этничность, определявшаяся по "родному языку" (вспомним советские переписи населения с обязательным вопросом о родном языке), стала важным фактором социальной жизни человека. Хотя в большинстве стран идентичность строится на другой основе: религиозной, как у арабов или сербов, социальной - принадлежности к тому или иному клану, как у индейцев, или гражданской, как в США и Западной Европе. Поэтому современные национальные проблемы в России, скорее, связаны со стереотипами мышления, но не с какими-то объективными процессами.

И все основные проблемы с мигрантами тоже находятся в области стереотипов и мифов. Обывательский взгляд рисует образ мигранта как человека обязательно другой национальности и культуры, в то время как 70% мигрантов в России - россияне, наши сограждане. Сегодня возобладало мнение, что всякая культура должна быть привязана к определенной территории, и если представители иных культур приезжают к нам, то они "разлагают" нашу культуру. В то время как в современном глобализованном мире такая концепция представляется неосуществимой и опасной, потому что ведет страну к изоляции.

И генетики, и этнологи, и антропологи в конце концов сошлись на том, что в нынешних условиях гипертрофированная роль "национальности" в России не приносит большой пользы обществу, потому что с научной точки зрения в лучшем случае она является категорией статистического учета населения.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей