"Если опираться на невежество, не стоит заниматься искусством"

Знаменитый актер Евгений Стеблов в эксклюзивном интервью "Yтру" поделился впечатлениями о фестивале имени Раневской, который он возглавлял, и рассказал о своей новой должности




Президентом фестиваля "Великая провинция" им. Фаины Раневской, прошедшего в Таганроге, был Евгений Стеблов. Именно личность известного актера, его популярность и узнаваемость во многом определила успех фестиваля и его теплую, домашнюю атмосферу. В эксклюзивном интервью "Yтру" Евгений Стеблов поделился впечатлениями о фестивале и рассказал о своей новой должности.

"Yтро": Евгений Юрьевич, вы впервые возглавили такое масштабный проект - фестиваль "Великая провинция". Чем вам близка его идея?

Евгений Стеблов: Я с интересом тут работал, смотрел все спектакли. Не в том плане, что я на что-то раскрывал глаза, этого быть уже не может - я много чего видел. Мне любопытно просто, в какую сторону движется театральный процесс. Понимаете, сейчас в силу развития Интернета и такого бурного обмена информацией, уже нет существенной разницы в уровне между столичным и провинциальным спектаклем. Потому что люди активно обмениваются информацией - эмоциональной, интеллектуальной. Сейчас уже нет ощущения затхлости, что человек живет в каком-то заброшенном городишке. Он может выйти во Всемирную паутину и стать причастным к жизни всего мира. А "провинциальный" спектакль, в дурном смысле этого слова, он может и в Москве быть, и в Питере, где угодно.

"Y": Вы много в последнее время видели в Москве таких "провинциальных" спектаклей?

Е.С.: Я в Москве смотрю спектаклей мало. Некогда, не хожу в театры. Мне не интересно. Я долгую жизнь "прожил в искусстве". Я смотрю только то, что мне может быть интересно, где я могу увидеть что-то новое для себя. А просто еще одну хорошую работу посмотреть - мне не так любопытно.

"Y": Провинциальная публика чем-нибудь отличается от московской?

Е.С.: Думаю, что провинциальной публики "вообще" - нет. В каждом городе своя атмосфера и публика. Я не думаю, что провинция - это что-то единообразное. Собственно, даже и цель нашего фестиваля - выявить совершено разные инициативы.

"Y": Фестиваль имени Раневской начался с церемонии открытия памятника актрисе. Не все приняли образ, запечатленный в бронзе. Вам он понравился?

Е.С.: Если говорить об образе, от которого оттолкнулся скульптор, то он довольно сильно надоел самой Фаине Георгиевне. В частности, эта реприза из фильма "Подкидыш" - "Муля, не нервируй меня!". Ей просто публика надоедала с этой фразой. Хотя ничего дурного в самом образе нет, он яркий, замечательный. И, исходя из этой логики, может быть, уместнее было бы взять за основу памятника ее образ из кинофильма "Мечта" Михаила Ромма. Эту работу она любила и высоко оценивала.

"Y": Но эта работа Раневской, наверное, не столь узнаваема?

Е.С.: Я так не думаю. Просто если мы будем все время опираться на невежество, то вообще не стоит заниматься искусством.

"Y": Евгений Юрьевич, вы работали с Раневской, знали ее. Какой она осталась в вашей памяти?

Е.С.: Очень крупная актриса, парадоксальная. Незащищенная внутренне и в то же время очень мощная натура. Достаточно одинокая, это бросалось в глаза. Вот такие ощущения. А вообще передать полностью ощущение от партнера невозможно, потому что оно даже тактильное. Вот руку держишь... Сценическое общение - это же такая вещь, я бы сказал, мистическая. Знаете, я много лет играл в спектакле "Братья Карамазовы" Алешу Карамазова и долгое время моим партнером был Ростислав Янович Плятт, который играл Федора Павловича. В то время он был уже в возрасте, и у него были проблемы с ногой. А там станок такой скользкий, скошенный был и в темноте был такой сложный для него переход. Я ему в темноте подавал руку, и он всегда привычно искал мою руку. А потом настало время, когда этой руки я не находил... Вот из этого и состоит наша жизнь театральная.

"Y": Во время фестиваля стало известно, что вас избрали первым заместителем председателя Союза театральных деятелей Российской Федерации, вы довольны?

Е.С.: Я уже второй срок, второе пятилетие являюсь секретарем Союза театральных деятелей России, курирующим Москву. И я ни одного секретариата, как правило, не пропускал. А в этот раз я пропустил, потому что был президентом на фестивале имени Раневской.

"Y": Есть мнение, что Союз театральных деятелей, созданный еще до революции, очень активно функционировал в советское время, а сейчас его жизнь замерла.

Е.С.: Ложная трактовка! СТД не имеет советских корней. Другие творческие союзы создавал Сталин - для контроля над художниками. А СТД стоит особняком. И он прочнее, потому что всякое начинание зависит от того, кто начинает и когда, в какое время.

ВТО организовала Марья Гавриловна Савина в 1877 году, он и сейчас так называется: Союз театральных деятелей - Всероссийское театральное общество, подчеркивая преемственность поколений. Оно было создано как "Общество взаимного вспоможения русских артистов", но не только. Еще и для того, чтобы представлять интересы это сообщества перед властями. Чтобы сообщество было организованным и могло защищать свои интересы перед государем и Управлением императорских театров. Это в то время, а сегодня - перед нынешними структурами. Поэтому наш Союз довольно мощный, в отличие от Союза кинематографистов, которого при Сталине не существовало. Потому что Сталин считал, что он может контролировать кино через производство, зачем нужен какой-то "союз"?

Но Пырьев решил, что если есть союзы у работников других искусств, то нужно и киносоюз сделать, и организовал его, уже после смерти Сталина. Союз кинематографистов стал одной из чаш весов - на одной было Госкино, на другой СК, и эти чаши друг друга уравновешивали. А сейчас проблемы такого рода исчезли, и я думаю, что Союз кинематографистов, скорее всего, трансформируется в профсоюз, и это будет правильно. Тем более что это не такое мощное объединение как Союз театральных деятелей. Ведь, в принципе, и кинематографистов меньше по сравнению с театральными деятелями.

"Y": Евгений Юрьевич, сейчас многие деятели театра не видят необходимости вступать в СТД, нет тех социальных мотиваций, которые существовали в советское время...

Е.С.: Ну и на здоровье! А многие вступают, причем многих и не принимают, а некоторых и выгоняли! Сейчас все то же самое: СТД имеет все свои санатории, творческие дома, дома ветеранов сцены, выплачивает пенсии, устраивает благотворительные акции для своих членов и иногда отправляет на лечение, даже за границу. СТД общественной деятельностью занимается, большой организационной деятельностью, проводит многие крупные акции. Поэтому наш бывший президент Путин и нынешний, Медведев, тоже уделяют нам такое внимание. Они же не просто так это делают, а потому что в этом есть смысл.

Вот, например, разработка Закона о театре. Ведь вот Герман Греф хотел сделать один закон, по которому бы жили и медицинские учреждения, и театральные. Вы не представляете, как сложно доказать на государственном уровне, что этого нельзя делать! Это же целая огромная работа. Добиться какого-то компромисса, какого-то разумного решения - это ведь очень трудно, это такая общественно-государственная деятельность. И такой деятельности у СТД очень много.

"Y": И к СТД прислушиваются?

Е.С.: Да. И я хочу сказать, что особую роль играет деятельность нашего председателя, Александра Калягина. Я даже не ожидал от него такой энергии. Мы с ним учились в одно время, он меня на год старше по курсу. Честно говоря, я его знал как талантливого актера, талантливого художника, но я не представлял, что он талантливый управленец. Он потрясающий организатор, он делает все как-то очень мудро и очень бесконфликтно. В отличие от некоторых моих товарищей, которые руководят некоторыми другими союзами, и каждый поступок которых создает "бурю в стакане". И эффекта у Калягина гораздо больше. Многое он, кстати, не афиширует, и правильно делает. Вот когда сделаем то, что задумали, тогда и расскажем. К чему заранее-то?

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей