Не дождетесь, или Четыре часа из жизни премьера

В процессе вчерашнего общения с народом Путин во многом проигрывал себе прежнему: ему не хватало привычной зрителям жесткости и категоричности. Из уст премьера так и не прозвучало месседжа, который стал бы ядром всего четырехчасового эфира


ФОТО: AP



Вчера председатель правительства России провел четыре часа в прямом эфире, общаясь с гражданами страны. За это время он успел ответить на множество вопросов, преимущественно, касавшихся ситуации на конкретных предприятиях: в Пикалеве, на Ижорских заводах, АвтоВАЗе, КамАЗе, Саяно-Шушенской ГЭС и прочих. Задавались и вопросы более общего плана – об инфляции и пенсиях, ценах на лекарство, реформе медицинского страхования, качестве работы милиции, борьбе с рейдерством, развитии отношений России с Украиной, Белоруссией и США.

Не обошлось и без традиционных для путинского формата "изюминок". Премьер примерил на себя роль старика Хоттабыча, пообещав школьнице Тане обеспечить ее школу компьютерами, и ответил на вопрос о том, почему с тиграми и леопардами он проводит больше времени, чем с министрами.

Но, в общем, все, что глава правительства говорил об экономике, социальных проблемах и правительственных решениях, было либо хорошо известно, либо вполне предсказуемо.

Из экономических решений, обозначенных в ходе разговора, стоит отметить названные премьером меры по регулированию цен на лекарства. А именно: регистрация правительством цен производителей жизненно важных препаратов и усиление ответственности за превышение порога торговых надбавок для продавцов, а также план создания механизма регулирования, ограничивающего субъекты федерации в принятии решений об уровне торговых надбавок. Большинству населения эти меры придутся по вкусу, в отличие от предпринимателей, которым, возможно, придется столкнуться с откровенным проявлением государственного регулирования цен.

Из политических пассажей можно отметить многозначительное "не дождетесь", произнесенное в ответ на вопрос, не собирается ли Путин бросить политику и пожить, наконец, для себя и семьи, и "я подумаю" на вопрос об участии в президентских выборах 2012 года.

Вопрос о том, как чувствует себя связка Медведев – Путин, давно стал дежурным. Однако в этот раз ответ на него прозвучал достаточно скупо: "общие принципы позволяют нам эффективно работать", заявил Путин, подчеркнув, что они с Медведевым знакомы "много-много" лет, закончили один институт и учились у одних преподавателей, которые "закладывали в нас не только знания". Раньше на эту тему Путин говорил более эмоционально. Смена тональности не обязательно означает охлаждение отношений между премьером и президентом – возможно, это результат бесконечной необходимости объяснять самоочевидную для него вещь. Но наблюдатели определенно засчитали такую лаконичность плохим для тандема признаком, нарисовав премьеру "минус".

Надо сказать, таких минусов в ходе "Разговора" набралось достаточно. Во-первых, в процессе общения с народом Путин во многом проигрывал себе прежнему. Ему не хватало жесткости и категоричности, привычной зрителям. Вдобавок, Путин заметно диссонировал с Медведевым, который, зачитывая свое послание Федеральному Собранию, был критичен и свеж. Во-вторых, из уст премьера так и не прозвучало никакого месседжа, который стал бы ядром всего четырехчасового эфира.

Оба обозначенных момента наводят на вопросы о целях подобного мероприятия. Личную имиджевую задачу оно, определенно, не решает; задачу пропагандистскую, по большому счету, тоже. Что остается? Психотерапевтическая составляющая? Подбодрить народ, уставший от кризиса? Конечно, это важно – граждане должны знать, что власть занимается решением их проблем, готова их слушать и говорить с ними. Но формат решения кажется все-таки несоразмерным масштабу задачи, в силу затратности и пафосности подобных мероприятий. Президент для этих целей давно и все более успешно использует Интернет. Времена, похоже, меняются.

Выбор читателей