Государcтво похоронило живого человека

        Нарвитянина Владимира Фурашева (52) с точки зрения чиновников уже более года как нет в живых. Сам мужчина иного мнения и обивает сейчас пороги суда, желая доказать, что находится в добром здравии.
        В июне минувшего года Владимир Фурашев обратился в Нарвское бюро Департамента гражданства и миграции (ДГМ), чтобы подать документы для получения вида на жительство. Там мужчине сказали, что вид на жительство он не получит, поскольку по документам 12 ноября 2000 года он умер и 15 ноября был захоронен на кладбище в Рийгикюла. Чиновников не интересовало, что перед ними стоит живой человек, который может предъявить действующий паспорт, поскольку свидетельство о смерти тоже является действительным.
        Всевозможные инстанции, начиная с полиции и заканчивая отделом записи актов гражданского состояния (ЗАГС), разводили руками и советовали мужчине для доказательства того, что он жив-здоров, обратиться в суд. Бороться за Фурашева начали осуществляющие в Нарве проект легализации нелегалов во главе с Натальей Умаровой. - Написали проект и получили на его реализацию немного денег. Люди, которые по какой-либо причине не смогли оформить свои документы, приходили к нам, и Фурашев был в числе первых. Он выглядел очень несчастным, сказал, что прошел все инстанции и не знает больше, что делать, — рассказала Умарова "Северному побережью".
        Умарова и ее команда тоже не получили из госучреждений никакого положительного ответа, поэтому обратились в Нарвский горсуд. Горсуд не принял дело к рассмотрению, найдя, что этим должен заниматься Йыхвиский административный суд. 28 января в административном суде состоялось первое заседание по вопросу о возвращении Фурашева в "ряды живых".
        Единственный явившийся в суд свидетель — работник Нарвской префектуры полиции Сергей Борцов рассказал, что во второй половине дня 12 ноября 2000 года трое бомжей нашли около Нарвского ночлежного дома для бездомных труп неизвестного мужчины. Из документов полиции явствует, что лица, с которых в полиции сняли показания, не смогли сказать что-либо вразумительное о личности умершего. Лишь один свидетель показал, что дело имеют с Владимиром Фурашевым, который часто бывал в ночлежке для бездомных.
        Когда вскрытие подтвердило, что смерть мужчины не была насильственной, обстоятельства случившегося прояснились для полиции, и в постановлении о прекращении уголовного дела в строке "имя умершего" написали Владимир Фурашев. Однако сам мужчина жил и работал в "день смерти" на хуторе своего знакомого, и кто знает, как долго он не догадывался бы о своей "смерти", если бы полгода спустя не обратился в ДГМ для получения вида на жительство. А вот кого на самом деле похоронили под именем Фурашева, никто не знает, да и сомнительно, что когда-либо это станет известно. Почему до объявления мужчины умершим полиция не разыскала его супругу, проживающую в Нарве, и дочь, живущую в Таллине, и ограничилась лишь мнением одного свидетеля, непонятно.
        28 января в суд не явились ни представители отдела ЗАГС, ни свидетель, на основании показаний которого Фурашева признали умершим. Но суд не смог принять решение, не заслушав показания других сторон. "Думаю, данное дело получит положительное решение, однако у суда имеются все-таки вопросы к отделу ЗАГС", — сказала судья Маре Крулл.
        Следующее заседание по "оживлению" мужчины, объявленного умершим, состоится 22 февраля.
        Вице-канцлер Министерства внутренних дел Тийт Сепп сказал, что в Эстонии живет сейчас десять человек, которые из-за допущенной ошибки признаны умершими. "Причины, правда, разные, и часто это — слабая и поверхностная работа ведомств". В случае с Фурашевым вице-канцлер назвал позитивным обстоятельство, что в ДГМ обнаружился этот прискорбный факт. "Это показывает, что информация между ведомствами все-таки движется и всевозможные оплошности выходят наружу", — сказал Сепп. Он отметил, что подобные ошибки нельзя исключить и впредь, поскольку такие вещи случаются повсюду, также в высокоразвитых странах.