Аристократы жаждут рафинированной эротики

Тенденции наступившего года удовлетворят требования высокоинтеллектуальных читателей: книжные магазины будут изобиловать яркой, захватывающей и вместе с тем натуралистичной литературой эротического содержания. В общем-то, такое новое можно назвать незабытым старым с тем лишь отличием, что Барбара Картленд опускала интимные подробности взаимоотношений выдуманных героев, а современные писательницы, напротив, делают романы шокирующее откровенными. Впрочем, во всем вина вкусов современной публики.

По всей видимости, в наступившем году читатели нисколько не соскучатся без довольно постного притчевания Паоло Коэльо, у которого, наверное, есть мини-завод по производству одинаковых книжек. Морали и увещевания так опостылели, что теперь все более-менее приличное читающее население готово удариться в другую крайность. Теперь книголюбы из высшего общества жаждут стимулирующей и натуралистичной поэзии и прозы, а издатели, надо сказать, с превеликим удовольствием обеспечивают им такую возможность.

Как вы, наверное, уже догадались, речь идет о литературе весьма пикантного содержания, но не об откровенно порнографических изданиях, а об этаких женских романах со всякими "штучками", от секса с таинственным незнакомцем в полумраке комнаты под пристальным взглядом вуайера до интимной близости в переполненном толпой пивном баре. По мнению ведущих издателей, такие произведения заводят и мужчин, и женщин, добавляют остроты вымышленных ощущений в радугу снов и развивают сексуальную фантазию.

Здесь главное не переступить еле заметную грань между эротикой и опостылевшей пошлостью. В этом смысле книга "Расчеши волосы сто раз, прежде чем лечь спать" и фильм по ее мотивам "Мелисса П." вызвали целую бурю дебатов. Сагу о похождениях девочки-подростка назвали "Лолитой нового тысячелетия" и принялись то клеймить дешевой психологией, то нахваливать за откровенность и непритязательность относительно современного бытия. Одним словом, тема сама по себе более чем спорная, поэтому при рассмотрении в контексте одного произведения пробуждает противоречивые чувства. Наверное, подобного рода книги, поднимающие глобальные проблемы лучше обсуждать спустя какое-то время, ведь большое, как известно, лучше просматривается на расстоянии.