Кто и где готовил московский теракт

С момента захвата заложников в ДК ГПЗ появилось две основные версии об организаторах этой акции и месте ее подготовки. Обе они существенно отличаются друг от друга как по авторству, так и по содержанию

ФОТО:
С момента освобождения заложников в ДК ГПЗ прошло уже несколько дней. За это время основное внимание российских СМИ сконцентрировалось на эффективности самой операции спецслужб и ее последствиях. Однако до сих пор Кремль не огласил достаточно убедительной информации о том, кто же на самом деле являлся главным инициатором столь беспрецедентной акции террора. Не вполне понятно, какие цели преследовались ее истинными организаторами (требование о немедленном выводе войск из Чечни звучало несерьезно). Нет ясности и в том, кто занимался подготовкой, финансированием и информационным обеспечением теракта. Однозначно ответить на все эти вопросы крайне сложно не только из-за нехватки достоверной информации, но и потому, что с 23 октября российские власти огласили по этому поводу несколько различных версий. Мы попытались самостоятельно прояснить ситуацию, полагаясь не только на официальные источники и свидетельства экс-заложников, – наравне с ними мы обратились за помощью к нашим коллегам в Турции, Иордании и Палестине, а также к бывшим и действующим сотрудникам спецслужб некоторых стран Ближнего Востока.

Иностранный след

Спустя несколько часов после захвата заложников сайт "Кавказ-центр" сообщил, что шахидами командует Мовсар Бараев. Вскоре с официальным заявлением по поводу этой акции выступил президент России. По его словам, она планировалась "в одном из зарубежных террористических центров". "Именно там был сформулирован план и найдены исполнители", – подчеркнул Владимир Путин. К этому он добавил: "Одни и те же люди устроили захват в Москве, теракты на Бали и Филиппинах", – намекая тем самым на связь боевиков с международной организацией "Аль-Каэда". В дальнейшем российского лидера поддержал ряд американских СМИ, указав на прямое сходство между сценарием захвата ДК ГПЗ и инструкциями "Аль-Каэды", обнаруженными в ходе афганской кампании.

"Зарубежную версию" практически подтвердил и директор ФСБ Николай Патрушев. Еще ночью 24 октября он сообщил о взаимодействии с некоторыми иностранными спецслужбами в рамках начатого расследования. Если б теракт имел исключительно "внутрироссийское" происхождение, в этом просто не было бы необходимости. В свою очередь, генпрокурор Владимир Устинов подчеркнул, что поиск лиц, причастных к этой акции, будет вестись "как в Москве и Чечне, так и за рубежом".

На следующее утро после захвата заместитель начальника ЦОС ФСБ Сергей Игнатченко неожиданно "проговорился", что на самом деле лидером боевиков является не Бараев, а находящийся в федеральном розыске иорданец Абу-Саид. По данным ФСБ, он входил в ближайшее окружение знаменитого Хаттаба и до осени 1999-го руководил одной из тренировочных баз на территории Чечни. Боевики, готовившие весной 2000 года серию терактов в Москве, являлись его учениками. Согласно иорданским источникам, после ликвидации "Черного араба" в марте сего года Абу-Саид перешел под командование саудовца Абу-Валида аль-Хамиди. Через день после захвата Абу-Саид сам связался по телефону с одним из сотрудников Службы Кавказа и Средней Азии Би-Би-Си, однако после 24-го его имя никем из официальных лиц больше не упоминалось. Вместе с тем, Постоянный представитель ЧР при президенте Адлан Магомадов подтвердил участие в захвате заложников боевиков арабского происхождения. Аналогичная информация появилась 27 октября и в израильских источниках. До этого "иностранную версию" вновь подкрепили представители ФСБ, сообщив, что террористы поддерживали постоянную связь со своими сообщниками в Турции и ОАЭ. Известно также об их контактах через Интернет с адресатами в Турции и Саудовской Аравии. Более того: по данным ФСБ, захватчики поддерживали связь с диппредставительствами ряда иностранных государств в Москве. Согласно компетентным американским источникам, речь, в частности, идет о сотрудниках спецслужб Саудовской Аравии и Катара, действующих в Москве под дипломатическим прикрытием. Так, например, в результате радиоперехвата московской точки NSA (АНБ США) стало известно, что вечером накануне штурма Абу-Саид пытался связаться по мобильному телефону со вторым секретарем одного из вышеуказанных посольств.

Чеченская версия

Несмотря на все перечисленные свидетельства в пользу "зарубежной версии" захвата заложников, она в конечном итоге на официальном уровне уступила место другой – "масхадовской". Впервые ее огласил бывший муфтий Ичкерии, а ныне глава чеченской администрации и противник диалога с сепаратистами Ахмад Кадыров. Он в частности заявил: "Отдав приказ на эту варварскую операцию, Масхадов лишний раз показал, что заодно с бандитами, поэтому с ним не могут быть никакие переговоры о мирном урегулировании". Любопытно, что почти одновременно эту же версию обнародовали и сами захватчики. На переговорах, проходивших днем 24 октября с вице-спикером Госдумы Хакамадой и депутатом Кобзоном, заместитель Бараева Абу-Бакар заявил: "Масхадов – наш президент". Из этих слов парламентеры сделали вывод, что именно он и руководит захватом заложников. Вместе с тем через некоторых заложников и лидера фракции СПС Немцова стало известно, что переговоры о выводе войск из Чечни шахиды советовали вести именно с Масхадовым. В интервью Би-Би-Си один из них категорически опроверг сведения о связях с "Аль-Каэдой" и другими исламистскими организациями.

В тот же вечер катарский телеканал "Аль-Джазира" продемонстрировал видеозапись с выступлением террористов. В своей речи один из них подчеркнул, что прибывшие в Москву боевики действуют по указанию "Верховного Главнокомандующего ВС ЧРИ и Генштаба ВС ЧРИ Аслана Масхадова". В подтверждение его слов "Аль-Джазира" обнародовала кассету с заявлением самого ичкерийского президента. На следующий день один из катарских тележурналистов сообщил арабским СМИ, что она оказалась у них благодаря некоему "чеченскому представителю".

В ночь с 24 на 25 октября Мовсар Бараев и несколько его соратников встретились вначале с сотрудником лондонского издания Sunday Times Марком Франкетти, а затем с тележурналистами НТВ. В беседе с ними боевики напомнили о своем подчинении Аслану Масхадову и Шамилю Басаеву, а также опровергли сведения о том, что "операция готовилась и контролируется кем-то за рубежом". По всей видимости, подобные заверения окончательно убедили российское руководство. По крайне мере, о "зарубежной версии" захвата заложников ни один из его представителей больше не заикался. Напротив, на следующее утро сотрудники ФСБ фактически подтвердили высказывания Кадырова и Бараева. Так стало известно, что в руки разведчиков попала видеозапись, на которой Масхадов "угрожает проведением терактов на российской территории". Затем замминистра внутренних дел Владимир Васильев с уверенностью заявил: "Совершенно очевидно, что разработкой операции по захвату заложников в Москве руководил лидер чеченских сепаратистов Аслан Масхадов". Аналогичным образом высказался и упоминавшийся Сергей Игнатченко. На сей раз он снова "проговорился": "Сейчас идет предварительный анализ кассеты". Данное заявление свидетельствует, что видеокассета с выступлением Масхадова попала на Лубянку не по собственным каналам, а была записана накануне вечером с телеканала "Аль-Джазира".

Любопытно, что сразу после появления "неопровержимых" доказательств причастности Масхадова к захвату у ЦОС ФСБ появились сведения персонального характера о террористах. Как выяснилось, "в основном все они российские граждане".

Далее "масхадовскую" версию подхватили почти все СМИ и представители власти, а к концу прошлой недели она уже стала официальной и в принципе единственной. Однако ее опровергли не только сам Масхадов и его представитель Ахмед Закаев. Серьезные сомнения в этой связи высказали многие лидеры чеченской общины Москвы, а также ряд сотрудников ФСБ и МВД Северокавказского региона. Мнение первых наиболее обоснованно сформулировал председатель Чеченского антивоенного конгресса Саламбек Маигов. По его словам, "Масхадов издал указ, запрещающий проведение операций за пределами республики против подразделений российских войск. Тем более это касается любых акций против гражданского населения". В свою очередь представители спецслужб отмечают, что Масхадов не имеет ни финансовых, ни людских ресурсов для проведения подобной акции, к тому же хорошо известны его натянутые, если не враждебные, отношения как с покойным Арби Бараевым, так и с его племянником.

27 октября мы передали запись видеосюжета ФСБ с выступлением Масхадова одному из наших иорданских коллег с просьбой связаться с сотрудниками "Аль-Джазиры" и сравнить ее с оригиналом. В результате журналист этой телекомпании Ясер Абу-Хиляль сообщил, что российским телезрителям представили лишь отрывок оригинальной записи. На ней же отчетливо видно, что съемка производилась не в октябре, а приблизительно в конце лета.

Если это действительно так, заявление Ахмеда Закаева о том, что "в обращении Аслана Масхадова, на которое ссылаются представители ФСБ, речь шла не о захвате заложников, а о войсковой операции против федеральных сил", кажется не таким уж и безосновательным.

В ожидании ответа

Суммируя всю вышеизложенную информацию, очевидно, что с момента захвата заложников появилось две основные версии об организаторах этой акции и месте ее подготовки. Обе они существенно отличаются друг от друга как по авторству, так и по содержанию.

Одна из них, условно названная нами "масхадовской версией", так или иначе имеет чеченское происхождение. Первыми ее 24 октября озвучили Ахмад Кадыров, Мовсар Бараев и "чеченский представитель" телеканала "Аль-Джазира". Согласно им, боевики действовали по заданию "национального" крыла в руководстве чеченских сепаратистов, олицетворяемого с экс-президентом ЧРИ Масхадовым. В таком случае цель захвата заложников действительно сводилась к тому, чтобы вынудить Кремль начать вывод войск из Чечни. Если так, то террористы не справились с поставленной задачей, чего, в принципе, и следовало ожидать.

Отметим, что все сторонники "масхадовской" версии старались завуалировать "иностранное" участие в данной акции и полностью отвергали связь ее исполнителей с "Аль-Каэдой" и другими зарубежными исламистскими организациями.

Авторство второй версии, которую мы назвали "зарубежной", принадлежит самому президенту. Она более раннего происхождения, ее появление датируется первыми часами после захвата. Не менее важным является и тот факт, что Владимир Путин огласил эту версию во время совещания с Борисом Грызловым и Николаем Патрушевым. Незадолго до того директор ФСБ доложил президенту обо всех данных разведки, полученных к тому моменту его ведомством с Северного Кавказа, из ближнего и дальнего зарубежья. Естественно, что касались они в первую очередь вопроса об инициаторах и организаторах беспрецедентной акции. Таким образом, именно Николай Патрушев первым изложил "зарубежную версию", которую затем в откорректированной форме огласил Владимир Путин.

Вкратце она сводится к следующему: настоящие заказчики теракта находятся далеко за пределами России. Через подконтрольных им арабских моджахедов на Кавказе они управляли набором и дальнейшими действиями непосредственных участников операции. Для того чтобы "на местности" курировать группу Бараева, объявленного "лидером" боевиков, к нему был перекреплен один из подчиненных Абу-Валида – иорданец Абу-Саид. Параллельно боевики поддерживали связь с представителями "промежуточного" звена в разработке операции, находящимися в Чечне, Дагестане, Грузии и на Ближнем Востоке. Если все было действительно так, то и цели этой террористической акции были совершенно иными.

Какими именно? Кто стоял за Абу-Саидом и Абу-Валидом? Как все это отразится на работе российских спецслужб на Ближнем Востоке? Чего опасаются теперь их зарубежные оппоненты?


Обо всем этом читайте во второй части эксклюзивного расследования "Yтра" "Захват готовили за рубежом".

Ответить:

ВОЙДИТЕ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТЬ

новости партнеров

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей