Весенний взлом

В дни, когда празднуется 65-летие со дня рождения легенды мирового балета Рудольфа Нуреева, многие балетные коллективы постарались отдать дань уважения прославленному мастеру.

Настоящим эстетическим откровением для вашего обозревателя стала премьера балета "Весна священная" Игоря Стравинского, величайшего композитора ХХ века, чья судьба во многом перекликается с биографией Нуреева. Отчасти этой общностью и была оправдана постановка к юбилею танцовщика одного из самых известных балетных произведений Стравинского группой современного танца балета "Москва", представленная в начале недели на сцене столичного РАМТа.

Группа современного танца существует в русском камерном балетном театре "Москва" под управлением Николая Басина уже 10 лет, и нынешняя премьера, таким образом, дважды юбилейная. Автором же постановки стал французский хореограф Режис Обадиа. Иностранцы уже ставили с этим коллективом спектакли, номинировавшиеся на самые престижные премии. Китаянка Вань Су поставила радужную мозаику "Откуда и куда", а голландец Пол Нортон сложил, как оригами, свой "В-З-Л-О-М" – кстати, показанный в первом отделении юбилейных спектаклей балета "Москва".

Но о самом действии чуть позже. Предыстория постановки "Весны священной", где хореографом и сценографом выступил француз, такова. Директор театра Николай Басин предложил культовому хореографу Режису Обадиа постановку знаменитого языческого действа на музыку Стравинского. До сих пор в течение многих лет Обадиа руководил Центром современной хореографии в Анже (вместе с Жоэль Бувье), где выпускал по спектаклю в год, преподавал и снимал фильмы. Потом Обадиа женился на нашей соотечественнице и окончательно прикипел к русской культуре. Более удачное стечение обстоятельств для руководства камерного балета "Москва" трудно было придумать, и Николай Басин не упустил возможности залучить знатного гостя в свои сети, сделав ему соответствующее предложение – поставить "Весну священную" для своей труппы.

Постановка была вынесена на суд взыскательной публики 17 и 18 марта 2003 года в помещении Российского академического молодежного театра, что на Театральной площади. И я рад, что оказался одним из многочисленных зрителей этого спектакля.

В первом отделении вечера был показан прошлогодний лауреат премии "Золотая маска" камерный балет "В-З-Л-О-М" (The Rouge Tool), где хореография, свет, костюмы и бутафория выполнены одним из самых популярных молодых хореографов Европы Полом Селвином Нортоном (Нидерланды). Выбор этого балета в первом акте был вовсе не случаен, поскольку эстетически он во многом перекликается с постановкой Обадиа.

"В-З-Л-О-М", конечно, представляет собой существенное упрощение философской составляющей современного танца по сравнению с шедевром Стравинского. В мелодическом плане это вариации в стиле пост-индастриал с элементами техно-транса на музыку Фреда Фриза. В основу сюжета положен принцип складывания из бумаги различных фигурок – оригами. Образ фантастического сада, по словам постановщика, демонстрирует способ манипулирования каждого персонажа другими. "Это спектакль об аутсайдерах, чужаках. И как взбесившийся слон изгоняется из своего стада из-за опасного и непредсказуемого поведения, так каждый исполнитель в балете "изгоняется" массой из общего движения и "вынуждается" к танцу в радикально иной пластике", – говорил о своем детище Пол Нортон. Действительно, трудно представить, что человек может принимать такие позы, коими перенасыщено действие. Каждое па этого балета – акробатический трюк. Для того чтобы танцовщикам было сподручней оставаться в застывших позах, им часто требуются тонкие трости-подпорки, служащие основным элементом бутафории. Об исполнительском мастерстве всех десяти солистов нужно сказать, что группа современного танца "Москвы" демонстрирует, помимо высочайшей отдачи и удивительной пластичности, еще и незаурядные актерские таланты. Это относится в первую очередь к лауреату "Маски-2002" танцовщику Роману Андрейкину, блеснувшему потом и в заглавной партии "Весны священной".

По реакции зрительного зала мне показалось, что если б даже в этот вечер на сцене был только "В-З-Л-О-М", впечатлений от спектакля хватило бы с лихвой. Но во втором отделении публику ждало новое эстетическое откровение, если и не затмившее собой балет Нортона, то, во всяком случае, столь качественно его оттенившее, что впечатления первого отделения были перекрыты.

Что ж такого сделал Обадиа? Как и было обещано еще в начале репетиций, француз (по его собственному признанию, вдохновленный творчеством Тарковского) придал балету черты апокалиптического видения, применив эстетику этого мэтра еще и в декорациях: на полу лежит ковер, посыпанный черным песком, которого до поры не видно; задник сцены представляет собой металлическую стену, в которую вделаны скобы, – напоминает нечто вроде тренировочного стенда для скалолазов.

Десятка исполнителей (5 на 5) почти не изменилась, хотя у Романа Андрейкина в этом балете другая партнерша – Анжелика Шевченко. Блистательная техника, безупречная пластика, актерская самоотдача позволяют говорить об этих танцорах как о звездах камерного балета, о котором, к сожалению, мы не так часто слышим.

Звучат вступительные такты великого произведения Стравинского, и на сцене начинается ритуальный танец босых юношей и дев, наполняющий пустоту мрачного урбанистического пейзажа бурным стремлением к жизни. Они то сплетаются в причудливые хороводы, то вырываются из объятий друг друга. Из общего круга выделяется один – Избранник, танцующий страстное соло. Всеобщим порывом, как на гребень волны, ему выносят Ее. Между героями возникает эротическая коллизия, однако Стена мешает мятежным душам – но не телам – воссоединиться. Избранница остается в одиночестве, принося себя в добровольную жертву ради освобождения всех остальных.

На самом деле, с поэтикой Тарковского связать это действо труднее, чем, скажем, с идеей знаменитого фильма Алана Паркера "The Wall", но гениальная разрушительно-трагическая музыка Стравинского оставляет для приставки "пост" совсем немного места.

"Весна священная" от Режиса Обадиа – это, вне всякого сомнения, чистый постмодерн. Но чем хорош современный театр: сценическое действо может развиваться как угодно, а партитура классического произведения очерчивает строгие рамки академичности. Получившийся густой бульон танцевального постмодерна и музыкального, ставшего уже классикой, авангарда оставляет огромный простор для фантазии. Музыкальный ряд ни на секунду не выпускает героев из своих объятий. Мощный сплав оригинальной современной эстетики и великой музыки Стравинского учащает пульс не только исполнителей, но и публики.

Искушения поставить эту вещь в свое время не избежали Бежар, Ноймайер и Эк, и профессионалам и балетоманам есть с чем сравнивать, но представленная на суд трактовка Обадиа впечатляет.

Встреченный бурными овациями постановщик, как мне показалось, даже не ожидал такого приема. Небольшая сцена была завалена цветами, зрители стоя аплодировали труппе и долго не отпускали солистов.

Думаю, те, кому еще предстоит увидеть этот спектакль, посмотрев его, согласятся – у современного русского балета более чем убедительная перспектива, когда за дело берутся профессионалы такого уровня. Русские и французы.

Следующий спектакль "Весна священная" - 22 апреля на сцене РАМТа.