Меняю торговый ряд на Охотный

Пути в депутаты неисповедимы. Стартовавшая избирательная кампания освободила из плена лукавой политкорректности амбиции партий, движений и отдельных граждан, так или иначе стремящихся засветиться на самых главных (после президентских) выборах в стране. Если для главного судьи начавшегося чемпионата Александра Вешнякова ключевое слово – "закон", то для каждого "списочного" и одномандатного кандидата в парламентарии таким словом становится "расчет", причем в самых разных значениях.

Скажем, в небогатом Тамбове откуда-то возникла фигура директора московского Царицынского рынка Ивана Васильева. В отличие от фигуранта, рынок, известный погромами скинхедов, представлять не надо. Местную прессу захлестнула волна самых благоприятных для г-на Васильева материалов: и тебе передовик капиталистического производства, и тебе глава благотворительного фонда; тут школу взялся перестроить (правда, не починил), там бытовую технику раздаривает... Технология нехитрая: от отчаявшегося избирателя ждать особой разборчивости не стоит. С другой стороны, примитивным подкупом сегодня электорат не возьмешь – всегда может найтись тот, кто заплатит и подарит больше твоего. И потому "рыночник" Васильев начинает обсуждать свое будущее с местным региональным отделением "Единой России". В Москве таких как директор рынка у партии пруд пруди: образцово-показательного лавочника в лучшем случае просто приняли бы в партию. В регионе любой московский хозяйственник – "фигура". Не суть, что "единороссы" заглотнут наживку и депутат от Тамбовщины Иван Васильев (уроженец Украины) совершит нерядовой кульбит из работника торгового ряда в труженики ряда Охотного. Важна тенденция – амбиции теперь стартуют даже без формальных к тому условий...

Поход на выборы – это всегда стратегия. Как и с кем пойти порой важнее того, с чем ты идешь к избирателю, с какой программой. Каждая партия, в зависимости от своей численности и близости к какому-нибудь кремлевскому куратору, решает, что за лозунги она начертает на своих знаменах. Проблему с кадрами, которые по-прежнему решают всё, также на самотек не бросают. Самых лучших и проверенных товарищей включают либо в первую десятку партийного списка – чтобы гарантированно прошли, либо раскидывают по одномандатным округам. Самый что ни на есть расчет: в Думе списочный и одномандатный списки сливаются в одно целое – и вот вам чудесным образом преобразовавшийся расклад сил в нижней палате. Так иногда бывает – вроде, победитель – одна партия, а как посчитают депутатов – так "рулит" на Охотном ряду другая. Избирателю при этом задним числом объясняют, что то – интрига выборов, и вообще он сам виноват: думать надо, кого выбираешь.

Если "списочный" депутат остается в тени любимой партии и при случае транслирует ее программные установки, тратя все усилия на достоверность артикуляции, то несчастный "независимый" должен делать все сам: и слова подбирать, и деньги находить. А уж коли все это наличествует, остается главное – подобрать себе подходящий избирательный округ.

Именно в этой точке пути к заветному креслу образуется прослойка кандидатов, романтично именуемая "варягами". Рюрики наших дней не обязательно приходят из-за границы, и Борис Березовский здесь скорее исключение, подтверждающее правило. Специфика любой страны, чьи пространства обширны, как наши, предполагает именно такое отношение к пришлым соискателям: как к "ловцам счастья и чинов". В Думах разных созывов из 225 депутатов-одномандатников от 40 до 60 были пришлыми для своих регионов, притом в основной своей массе такие соискатели из Москвы. Тех же, кто пробовался, но не прошел по кастингу, вообще не счесть. За редким исключением, все они, став депутатами, редко показывались в избравшем их регионе. Получив мандат, депутат-"варяг", как правило, немедленно забывает о тех, кто его избрал. Округ для него – вроде трамплина в душистое светлое будущее.

"Варяги" бывают разные. Уже упоминавшийся Борис Березовский относится к числу "пришлых по неволе". Тот факт, что он, будучи "политическим беженцем", собирается выставлять свою кандидатуру по Коми-Пермяцкому округу, ничего нового не несет. В 1999 г. Березовского, депутата от Карачаево-Черкесии, никто не принимал ни за карачаевца, ни за черкеса, и, победи он сейчас, никто не примет за пермяка. У Березовского вообще имидж "чужого", причем столь устойчивый, что грех этот образ не поэксплуатировать. Здесь ставка делается на симбиоз протестных устремлений электората, для которого "черт из-за бугра" милее опостылевшей власти, и мощного финансового ресурса, который этому конкретному кандидату ни у кого выпрашивать не надо. Своим избирателям Березовский может только пообещать активно вмешиваться в политику. Человек, заявляющий, что и "обезьяну в России можно сделать президентом", имеет мотивацию хлопотать о собственном депутатстве. Задача представляется Березовскому тем более решаемой, что он – не обезьяна и идет пока не на президентство.

По слухам, нынешний спикер Геннадий Селезнев будет баллотироваться в ГД следующего созыва от Курска. Причем не только по списку "Партии возрождения России", которую он создал и возглавил 8 месяцев назад, но и по одномандатному округу. В Курске Селезнев не то что в Питере – самый что ни на есть "варяг". Однако хождение в местный народ обусловлено аховой для спикера ситуацией в городе на Неве: там все округа уже распределены Кремлем, и места для Селезнева не подобралось. Нет одобрения Кремля – нет административного ресурса. Селезнев, конечно, политик бывалый, но без пресловутого ресурса готов рискнуть дать бой только при прочих равных. А поскольку В Санкт-Петербурге такого равенства с некоторых пор уже не сыщешь, приходится записываться в "варяги".

Но если калибр и репутация Березовского и Селезнева делают их маневры на электоральном поле в каком-то смысле даже оправданными, то приход в регионы столичных "серых лошадок", типа упомянутого ранее директора рынка Ивана Васильева, выглядит как стопроцентное оболванивание электората.