Леонтьев: Пора прекратить политические извращения в грубой форме

В интервью "Yтру" Михаил Леонтьев не пощадил украинских и грузинских политиков. Грузия, по его словам, может "остаться без головы", а разрушенная "оранжевыми" Украина – перестать существовать как государство




Эксклюзивное интервью с политическим обозревателем Михаилом Леонтьевым.

"Y": Чем может закончиться продолжающаяся экономическая блокада Приднестровья? Насколько реальна гуманитарная катастрофа? Министр экономики непризнанной республики Елена Черненко говорит, что ресурсов Тирасполя хватит только до 1 мая, а потом наступит хаос.

Михаил Леонтьев: Ситуация ставит власти Приднестровья и республику в целом в очень тяжелое положение. Но, конечно, ресурсов хватит и после 1 мая, не настолько эта блокада тотальна. Все-таки в ней больше политических жестов, это психологическая война. Блокада состоит в том, что приднестровские предприятия заставляют работать через молдавскую таможню вопреки существующим соглашениям, которые подписали все стороны, включая Киев. Для Тирасполя это означает финансовые потери и уязвимость, зависимость от любой провокации и давления с молдавской стороны. Кроме того, это политически неприемлемо для руководства Приднестровья, потому что фактически при таком грубом давлении оно должно согласиться на условия, которые никакими соглашениями не предусмотрены. Вот о чем идет речь. Но такого, чтоб в Приднестровье кого-то душила костлявая рука голода, нет. Тирасполь экспортирует продукцию в огромное количество стран, включая США. Проблема заключена в финансовых потерях, давлении, угрозе сокращения производства и экспорта, потере рынков и контрактов и т.д.

Надо понимать, что инициатором блокады явился Киев, а не Кишинев. Хотя на самом деле, Ющенко политически не заинтересован в этой блокаде. Сам факт, что перед выборами его заставили это сделать, говорит о том, что украинский президент совершенно не самостоятельный политический деятель. Его электорат в западных областях может разделять антироссийские настроения и истерию, но отношение к Приднестровью и к молдавским амбициям в отношении Тирасполя там совершенно иное. Так что Ющенко себя страшно подставил.

"Y": Россия объявила о выделении финансовой помощи Приднестровью. Неужели только так Москва может вмешаться в ситуацию?

М.Л.: Россия оказывает гуманитарную помощь, окажет и финансовую. Вопрос Приднестровья теряет актуальность с решением вопроса с Украиной. Если мы утрачиваем Украину, то, грубо говоря, Приднестровье не выживет.

"Y": А разве мы ее уже не утратили?

М.Л.: Не вижу никаких признаков. Как раз мы все в большей степени обретаем юго-восточную Украину. Об этом говорят второе подряд голосование "за нас" и действия украинского руководства, которые – намеренно или бессознательно – ведут к развалу Украины. И что на почве этого развала образуется? Посмотрим, время есть. Это длительный процесс. Украина – большая страна с достаточно развитой политической системой. Она не может взорваться одномоментно, как Грузия или Киргизия. Но этот идущий процесс нельзя просто так отменить декретом.

"Y": В последнее время в связи с ситуацией вокруг непризнанных республик много говорилось о т.н. "косовском прецеденте" На Западе, в отличие от нашего президента, считают, что на постсоветском пространстве он неприемлем.

М.Л.: Позиция Путина носит столь же пропагандистский характер, сколь и позиция Запада. Таких прецедентов и общих формул в международном праве не существует, как на самом деле нет и самого международного права. Грубо говоря, риторикой можно заниматься какой угодно. Ее вам никто не запретит, и было бы глупо ее не использовать. Это вопрос политической тактики, соотношения наших возможностей, сил и целей и возможных последствий. Это всегда конкретный расчет, в котором самое меньшее значение имеет сам "косовский прецедент". Если бы в результате осуществления этого прецедента мы могли бы рассчитывать на то, что Запад окажется в уязвимой позиции с возникновением проблем и "горячих точек", тогда можно было бы говорить, что это аргумент. Но мы знаем, что в уязвимой позиции Запад не окажется, потому что единственная в регионе страна, которая может оказать сопротивление, под названием Сербия, растоптана в хлам. Некоторое время как субъект европейской политики, даже собственной истории она существовать не может. И я бы даже не стал ставить это в вину сербскому руководству.

"Y": Почему?

М.Л.: Потому что нельзя ставить в вину политическим руководителям Веймарской республики то, что они вынуждены были платить репарации по Версальскому миру. Сербия раздавлена физически, морально и экономически. Перед ней стоит задача выживания.

"Y": И все-таки, каковы политические перспективы Абхазии и Южной Осетии?

М.Л.: Никто никому не мешал и без всяких "косовских прецедентов". Турция единственной в мире признала республику Северный Кипр. Мало того, там до сих пор находится 90 тыс. турецких военных. Турция рассчитала свою позицию и не настаивает на том, что все остальные должны признать республику Северный Кипр. Она считает, что это действенно для переговоров. С этой позиции можно отступать. Если бы Россия считала, что одностороннее признание независимости Южной Осетии Абхазии является более сильной позицией, то почему бы и нет? Но у Турции нет шансов договориться и заставить себя полюбить греческий Кипр, как нет такого желания и цели. У нас же все-таки сохраняются надежды и расчет на восстановление своих позиций в Закавказье. Мы еще верим, что наконец сумеем получить в Грузии союзный России режим.

"Y": Разумеется, только со сменой Саакашвили?

М.Л.: Естественно.

"Y": Это не ближайшая перспектива?

М.Л.: Почему же? Грузия – такая страна, где это может произойти завтра или послезавтра. Человек, который получил 97% на свободных, революционных выборах, рискует в один момент оказаться без головы. Саакашвили многим рискует, Грузия в этом смысле непредсказуема. Экономическая ситуация в стране чудовищна, а политический идиотизм нынешнего режима высок. Так что всякое может быть. Но речь идет о долгосрочной политике, рассчитанной на столетия. В конце концов, Россия не имеет права жертвовать стратегическими отношениями ради сиюминутной выгоды.

"Y": Вернемся к Украине. Какова, на ваш взгляд, перспектива государства, идеологией которого власти пытаются сделать противостояние с Россией?

М.Л.: О бессмысленности присоединения Западной Украины русские политики предупреждали еще в XIX веке. А ведь Галиция долго была именно зоной русского влияния и православия, но на протяжении поколений там системно выкорчевывалось всякое православное и русское влияние. Результат был достигнут. Западная Украина – чуждая России территория, которая никогда не была в ее составе и которая является "заточенной" на определенный тип национальной самоидентификации.

Украина в принципе не имеет перспектив как единое государство. Она могла сохранить национальное единство в рамках какой-то толерантности, мягкой формулы. "Кучмовский режим", вся политика "кравчукизма–кучмизма" отнюдь не была пророссийской. Но эти люди были заинтересованы в сохранении единства Украины. Они стремились сохранить формальную легитимность, потому что в ситуации абсолютно рыхлого, ничем не связанного государства это было основанием хоть для какого-то единства. Теперь все разрушено "оранжевыми".

Украинский раскол – географический, четко по зонам, и геополитический. В таком виде страна долго жить не может. Либо начинается, не дай Бог, гражданская война, либо процесс развала происходит более гуманным путем, что было бы предпочтительнее.

"Y": Существует точка зрения, что пророссийских сил на Украине нет, а Партию регионов интересует исключительно вопросы финансовой выгоды...

М.Л.: Если говорить о политических элитах, то Янукович, безусловно, опирается на пророссийский электорат и рассчитывает на гораздо лучшие отношения с Россией. Он не желает быть инструментом антироссийской политики Запада. Но это не пророссийская сила, не сторонники реинтеграции постсоветского пространства. Кроме того, по своей сути и политической природе они склонны к беспринципным компромиссам. Это в значительной степени "кучмисты". Но это уже не важно. Когда разрушается страна, а противоречия становятся непримиримыми, когда "оранжевые" придурки размахивают призраком революции, логика становится другая. Судьба Украины, конечно, не будет решаться в парламенте. И победа Януковича на выборах при существующем геополитическом расколе не имеет значения. Какая разница, кто получил больше, ведь другая сторона этого все равно не признает?

Интересы России состоят в том, чтобы прекратить эти политические извращения в грубой форме. Территория Украины заселена нашими людьми – русскими украинцами или украинскими русскими, одним народом с одной культурой и ментальностью. Да, южнорусская и украинская ментальность отличается от северно-русской. Но народ-то один.

"Y": Вы говорите о неизбежном расколе. А сколько еще может сохраняться существующее положение?

М.Л.: Это вопрос нескольких лет. Процесс идет. Если государство разрушено, то любое движение приводит к его дальнейшему разрушению.

"Y": О Ющенко вы сказали, что это слабый и управляемый политик. Ваша характеристика Юлии Тимошенко?

М.Л.: Юлия Тимошенко – это политик, представляющий интересы исключительно Юлии Тимошенко. В этом ее сила и слабость. Сила – в неограниченных возможностях для маневра, в том, что она отмобилизована для себя и заинтересована в себе, в отличие от всех украинских политиков, которые в значительной степени являются марионетками. При этом она еще опирается на волю и некоторые мужские человеческие качества, которых почти никогда не было в украинской истории. Это страна женской политики, осуществляемой мужчинами. Но главное в том, что Тимошенко – чистый популист, потому что не представляет ничьих интересов, кроме собственных. Самое разрушительное для нее – получить максимальную полноту власти. Тогда она не сможет свалить ответственность ни на кого. С этой точки зрения я считаю, что ее настойчивость в получении поста премьера в нынешних обстоятельствах разрушительна.

Есть два персонажа, слепленных неизвестно из чего: пустая марионетка Ющенко и Юля, сделавшая себя из ничего. Отсюда и украинский язык, зачем-то освоенный абсолютно этнически и культурно неукраинской девушкой в зрелом возрасте и сопровождающийся каким-то пароксизмами украинского национализма. Я вообще уважаю националистов и допускаю, что ими могут быть люди, не принадлежащими к титульной нации. Но Юля, как личность, характеризуется своей приклеенной косой.

"Y": Так это не ее "родная" коса?

М.Л.: Сейчас уже она, может быть, и отрастила, хотя бы в целях конспирации, чтобы демонстрировать, что коса ее. Но в свое время была точно не ее. Это я могу гарантировать.

"Y": Значит, недавно извинившийся Митрофанов не обманывал?

М.Л.: Это известный факт. Она даже гордилась тем, что коса являлась политической декларацией. Как она выражается, коса "отшпиливается". Она готова была "отшпилить" косу для соглашения с Россией, но никогда никто не знает, что она себе "пришпилит" и в какой момент.

Россия политически во всех смыслах ментально слишком громоздка, чтобы разыгрывать сложные комбинации с таким человеком, как Тимошенко. Это напоминает русскую сказку "Медведь и лиса". И это непродуктивная позиция с точки зрения медведя.

"Y": Спасибо за интервью.

Ответить:

ВОЙДИТЕ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТЬ

новости партнеров

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей