Басаев погорел на тяге к "спецэффектам"

Неуловимого главаря террористов все-таки взяли на крючок. Характер ликвидации Басаева позволил некоторым экспертам утверждать, что спецслужбы, зафиксировав его передвижение, привели взрывное устройство в действие в "час Х"



Подборка фото с Photofile.Ru



Шамиль Басаев, назначенный недавно "вице-президентом Ичкерии", сам себя загнал в тупик. Он просто обязан был последовать по стопам всех ичкерийских вождей. Моджахеды на Северном Кавказе подверглись моральной кастрации – уничтожен их фетиш. Со смертью Басаева разрушился миф о том, что зло, принесенное тысячам людей, может оставаться безнаказанным, если оправдывается какими угодно измышлениями в религиозном обрамлении.

Операция по ликвидации главаря террористов была проведена на высокопрофессиональном уровне. Устранить Хаттаба несколькими годами ранее российским спецслужбам также было невероятно сложно, но все-таки легче, чем неуловимого одноногого террориста. Когда травили Хаттаба, спецслужбы грамотно воспользовались дагестанскими связями иорданца. В случае со сверхосторожным Басаевым "доступ к телу" возможного отравителя был нереален. Спецслужбы не могли повторить и сценарий ликвидации Дудаева, которого российская ракета нашла по сигналу спутникового телефона. Кстати, с тех самых пор у главарей боевиков в Чечне появилась стойкая аллергия на сеансы спутниковой связи. Словом, "Гинеколог" учился на чужих ошибках, чтобы в конечном итоге прийти к единственной своей.

К примеру, его комментарии гибели Аслана Масхадова свидетельствовали, что он чужд и таким слабостям, как использование SMS. Якобы Басаев предупреждал Масхадова о возможной "засветке", но тот предупреждение проигнорировал. А отправлять письма Басаеву было некому. Его чеченская семья канула в небытие в горниле войны, часть родни осела в Грузии, а первая, еще абхазская, жена с ребенком предпочла от греха подальше эмигрировать в Голландию. Не грозила ему и "случайная" смерть, как "президенту Ичкерии" Садулаеву, потому что "матерый волк" Басаев если и навещал полевых командиров низшего звена, то всегда неожиданно, меняя планы, маршруты и пути отхода при малейшем намеке на опасность. Некоторое время назад спецслужбы пытались выйти на главаря террористов, используя его контакты с представителями СМИ. Но и этот вариант потерпел неудачу, потому что Басаев предпочитал виртуальное общение, набивая свои мысли вслух на наутбук в заброшенной кошаре или шалаше. Затем гонец переправлял информационный носитель адресату. А лично встречался Басаев лишь с теми журналистами, в которых был уверен на 200%. Так, Андрея Бабицкого, маячившего на пыльной дороге в окрестностях Назрани, его люди нашли сами, устроили слежку и, убедившись в том, что корреспондент не привел хвост в виде спецназа ФСБ, допустили к телу вождя.

Но все-таки Басаева взяли на крючок. Как? Пищу аналитикам дали два конкретных следа: видеопленка о подготовке террористов к рейду в Беслане и письмо, в котором Басаев "отчитывался" после теракта в школе. Басаев очень гордился тем, что практически вручную собирал все взрывные устройства, которые затем были установлены боевиками в помещениях захваченной школы. Свои изобретения из тротила, пластида, гескосена, взрывателей и поражающих элементов он называл "МОН-1000". Басаев упивался деталями и нюансами минно-взрывной подготовки, разбирался в минах направленного действия, сигналках, изучил до мелочей систему той адской машинки (противопехотной мины нажимного действия), которая оторвала ему ступню при отступлении из Грозного зимой 2000 года. Ему хотелось повторить "идеальный теракт" – взрыв Дома правительства Чечни 27 декабря 2002 г., когда погибло более 70 и было ранено более 300 человек. Террористу, стремившемуся организовать "шоу", хотелось устроить "большой взрыв". На тяге к "спецэффектам" он и прогорел.

Некий источник вывел окружение Басаева на поставщиков оружия, боеприпасов и взрывчатки. Пока не известны подробности того, как партия смертоносного товара оказалась в Ингушетии. Не исключено, что за взятки "КамАЗ" с реактивными снарядами беспрепятственно пересек несколько границ. Очевидно, что "большой взрыв" должен был состояться накануне или во время саммита G8 в Санкт-Петербурге. В ночь на 10 июля 2006 г. грузовик, набитый ракетами, встретил эскорт боевиков из нескольких легковушек. В одной из "девяток" находился Басаев, прибывший лично удостовериться в качестве товара. Колонна тронулась в путь. В двух километрах от села Экажево началась спецоперация по ликвидации самого одиозного главаря террористов в постсоветской России. Как стало известно "Y" от источников в силовых структурах, в установленный момент подорвано взрывное устройство, находившееся вместе с грузом неуправляемых реактивных снарядов. На месте взрыва были обнаружены фрагменты тел 10 боевиков. В первый же день были опознаны Шамиль Басаев и верные ему люди – 20-летний Тархан Ганижев с позывным "Тарелла" и 43-летний Исса Куштов, известный по кличкам "Мустафа" и "Абдурахман". О силе взрыва, мощность которого по предварительным данным составила более 100 кг тротила, говорит такой факт: в радиусе 200 м весь день оперативники собирали неразорвавшиеся реактивные снаряды. Собрали 102 штуки. Но, по словам милиционеров, это далеко не все. Также был изъят арсенал телохранителей Басаева: три автомата АКСУ, два гранатомета РПГ и 15,5 тыс. патронов.

Характер ликвидации Басаева позволил некоторым экспертам утверждать, что спецслужбы, зафиксировав его передвижение, привели взрывное устройство в действие в "час Х". В частности, заведующий аналитическим отделом Института политического и военного анализа Александр Храмчихин не исключил того, что "спецслужбы знали, где находится Басаев, следили за его передвижением и уничтожили в нужный, с политической точки зрения, момент". Скоре всего, ситуация выглядела так: вычислили территорию, где Басаев имел возможность перемещаться, а в нужный момент, сопоставив донесения агентуры и оперативные данные, дождавшись, когда одноногий окажется в зоне поражения, нажали на кнопку.

Боевики, уничтоженные вместе с главарем, составляли костяк его поредевшего отряда. Каждый из этих людей имел в Чечне, Ингушетии и других регионах Кавказа своих сторонников. "Ингушский сектор" в последнее время считался у главарей террора самым перспективным. Теперь на этих "перспективах" поставлен крест. Доку Умаров, пятый по счету "президент Ичкерии", не пользуется таким авторитетом и доверием, как его уничтоженные предшественники. Умаров, выбившийся в полевые командиры из среды уголовников, конечно, представляет опасность. Но теперь шансы взять его живым (или мертвым) возросли многократно.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей