Сверхдержава готовится к большой игре

Иран держит руку на пульсе главной нефтяной артерии планеты. Любые военные действия или даже приготовления в этом районе могут дестабилизировать не только нефтяной рынок, но и весь мир


ФОТО: AP



Странная ситуация складывается вокруг Ирана. Чем жестче становится режим экономических санкций ООН и США в отношении этой страны, тем увереннее звучат заявления ее руководства. В Тегеране убеждены, что Запад не станет играть с огнем в Персидском заливе. Иран уже видит себя энергетической сверхдержавой.

Некоторое время назад, находясь в Нью-Йорке по случаю заседания Генеральной ассамблеи ООН, президент Ирана Махмуд Ахмадинежад не только заявил о причастности американских властей к событиям 11 сентября 2001 г., но и приравнял свою страну по значимости к США. По его словам, в мире сегодня существует лишь две державы, способные кардинально влиять на события: это США и Иран. Но США оказались неспособными решить такие задачи глобального значения, как урегулирование в Ираке и Афганистане. Значит, остается Иран, завоевывающий признание в мире благодаря "политике мира, дружбы и справедливости" (демонстративное наращивание Тегераном военной мощи и враждебная риторика в отношении Израиля - не в счет). Ну а иранская ядерная программа в этих условиях является для Вашингтона всего лишь предлогом: Америка знает, что Иран не стремится к созданию ядерного оружия. США, по мысли иранского лидера, просто хотят задавить своего единственного глобального конкурента. Однако все санкции, по утверждению Ахмадинежада, оказались неэффективными.

Конечно, вся эта бравада - главным образом, для внутреннего потребления в стране, которой живется все-таки несладко под действием санкций (массовые беспорядки после прошлогодних выборов или неспособность наладить производство достаточных объемов бензина из добываемой нефти тому подтверждения). Тем не менее за "сверхдержавной" и зачастую провокационной риторикой Ирана стоит вполне здравая политика наступательного характера. Как отмечают эксперты, в последнее время Тегеран заметно расширяет свое влияние в регионе.

Правительство Ирана задалось целью переориентировать экономические связи своей страны на тех партнеров, которые не поддерживают режим санкций США. И вот, по данным за 2009 г., крупнейшими торгово-экономическими партнерами Ирана стали Китай, Россия, Индия, Турция, Южная Корея, ОАЭ и ЮАР. Их суммарная доля во внешнем товарообороте Ирана составила почти 50%. В то же время доля стран Евросоюза (который, как известно, поддерживает американские санкции) в последние годы заметно сократилась: в иранском импорте – с 41% в 2005 г. до 27% в 2009-м, в экспорте, соответственно, с 24% до 15%. Южная Корея теперь тоже рискует утратить свою долю, ведь месяц назад она под давлением Вашингтона присоединилась к санкциям. Россия, в последний момент отказавшаяся поставлять Тегерану ракетные комплексы С-300, тоже кандидат на вылет из почетного списка ведущих партнеров.

Особое значение Иран придает тем странам, которые развивают с ним энергетические связи. Это, прежде всего, Китай, вложивший в иранский нефтегазовый сектор порядка $40 млрд (по иранским оценкам). В частности, китайская Sinopec осваивает одно из крупнейших нефтегазовых месторождений Ирана - "Ядаваран"; совместными усилиями двух стран в Иране строится крупный НПЗ (объем китайских инвестиций в проект составит $6,5 миллиардов).

Важным энергетическим партнером Ирана является Турция, традиционно закупающая у него газ и имеющая выход на рынки Евросоюза. В прошлом году Тегеран и Анкара подписали стратегическое соглашение о транзите газа в Европу, а в июле этого года достигли договоренности о сооружении 600-километрового ирано-турецкого газопровода в целях расширения объемов поставок иранского газа.

Совместный газопроводный проект Иран наметил также с Пакистаном: в июне они подписали соответствующее соглашение на сумму $7,5 миллиардов. Примерно тогда же было достигнуто газовое соглашение с Туркменией, правда, в этом случае Иран выступает импортером газа, которой идет на нужды его северных провинций. Но не исключено, что в дальнейшем речь может пойти и о транзите, ведь первая очередь нового туркменско-иранского газопровода уже заработала, а вторая вступит в строй в следующем январе, так что пропускная способность трубы составит 16 млрд кубометров газа в год. Азербайджан, тоже поставляющий небольшие объемы газа на север Ирана, недавно получил предложение о значительном (десятикратном) увеличении поставок.

Также Тегеран подтвердил свое намерение построить нефтепровод, соединяющий Азербайджан с Персидским заливом. Иран предполагает также продлить газопровод Иран-Армения в Грузию и, возможно, далее, вплоть до Восточной Европы. Кроме того, две страны вскоре может соединить и нефтепровод. Есть у Ирана партнеры и в других регионах, например, Венесуэла. На почве противостояния с Соединенными Штатами между Тегераном и Каракасом складывается энергетический альянс: стороны ведут переговоры о создании совместной нефтегазовой компании, которая могла бы заниматься исследованиями и разработкой новых перспективных месторождений.

Таким образом, Иран старательно прибирает к рукам все доступные энергетические козыри для участия в большой игре. Располагая выдающимися запасами нефти и газа, он хочет контролировать и месторождения в других странах, а также транзитные энергопотоки. Так, морской нефтяной маршрут из Персидского залива "простреливается" с иранских берегов и кораблей в Ормузском проливе, а в дальнейшем часть каспийской нефти и среднеазиатского газа могут пойти через иранскую территорию. Неплохой задел для сверхдержавы регионального масштаба.

При этом надо отметить, что в Тегеране, похоже, совершенно не боятся возможности применения Западом крайних мер, то есть военной силы. Такая уверенность зиждется на том основании, что Иран держит руку на пульсе главной нефтяной артерии мира – Ормузском проливе, через который экспортируется почти вся нефть стран Персидского залива. Любые военные действия или даже приготовления в этом районе могут дестабилизировать мировой нефтяной рынок настолько, что все предшествующие энергетические кризисы покажутся детской забавой. Иран, по всей видимости, располагает достаточным военным потенциалом для полного перекрытия этого "нефтяного горлышка". Кстати, и пресловутая Бушерская АЭС находится на самом берегу Персидского залива, что также рассматривается Тегераном как гарантия ее защищенности от точечного удара.

Впрочем, последние события показали, что безопасность Ирана весьма относительна. Да, бомбить его пока никто не собирается, зато может произойти кибернетическое нападение. На днях вредоносный вирус Stuxnet атаковал системы управления промышленных предприятий Ирана, в том числе, и Бушерской АЭС. И ответить на такой удар новоявленной азиатской сверхдержаве было нечем.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...