Мир превратится в большую кочегарку

Во втором десятилетии XXI века угольная энергетика переживает свой ренессанс. В Европе строятся новые электростанции, которые будут работать на этом виде топлива; Россия планирует увеличить его добычу почти на треть


ФОТО: ИТАР-ТАСС



В минувшее воскресенье свой профессиональный праздник отмечали российские шахтеры – непреходящая надежда и опора энергетики. Как это ни удивительно, во втором десятилетии XXI в. угольная энергетика переживает ренессанс. В Европе строятся новые электростанции, которые будут работать на этом виде топлива; Россия планирует увеличить его добычу почти на треть – правда, в основном – для зарубежных потребителей. А Украина в своей энергетике намерена заменить углем слишком дорогой российский газ.

Еще недавно эксперты говорили об "атомном ренессансе", но после аварии на "Фукусиме" он быстро сдулся. Ряд государств вовсе отказываются от "мирного атома". Но ни возобновляемые источники энергии (солнце, ветер, вода), ни дорогие углеводороды не могут полностью заменить его. Поэтому энергетики вновь и вновь обращаются к углю – старому доброму энергоносителю, чрезвычайно распространенному в мире и не собирающемуся кончаться (например, в России его запасов хватит на 800 лет).

Наиболее острым угольно-газово-атомным метаниям подвержена Европа – крупнейший нетто-импортер ископаемого топлива. И решения здесь принимаются самые разнообразные и порой противоречивые. Например, Германия после фукусимской аварии решила полностью отказаться от атомной энергии и при этом существенно сократить долю угля в своем энергобалансе. Основная ставка делается на возобновляемые источники энергии, долю которых в выработке электроэнергии предполагается с нынешних 20% довести до 35% к 2020 г. и даже до 80% к 2050-му. Тем не менее в настоящее время 43,5% электричества в Германии производится из угля, и этот процент будет увеличиваться: в стране проектируются или строятся 23 угольные электростанции, суммарная мощность которых составит 24 гигаватта.

Весной этого года на VII Международной конференции по газу в Брюсселе председатель правления E.ON Ruhrgas Клаус Шеффер заявил, что страны ЕС сейчас стоят перед выбором: что будет основным источником сырья для их электроэнергетики – газ или уголь. В настоящее время, по его словам, доля газа в европейской электроэнергетике составляет 23%, но она может как вырасти до 35%, так и "упасть до нуля". В основном, это обусловлено ценовым фактором: на фоне дорожающего газа более низкая себестоимость "угольных" киловатт приводит к увеличению использования угля в энергетике. Это подтвердил и президент Европейского союза газовой промышленности Жан-Франсуа Сирелли.

Ну, а вторая по величине экономика мира – Китай – никогда не стеснялась своей "угольной ориентации": там из угля производится более 70% электроэнергии. Поднебесная работает над повышением экологической чистоты этих производств и уже добилась определенных успехов, которые признаны за рубежом. Недавно Украина, отчаянно стремящаяся избавиться от зависимости от дорогого российского газа, решила перенимать китайский опыт. Киев предоставил госгарантии под 3,66-миллиардный китайский кредит, на который будет приобретено китайское же оборудование и технологии для модернизации и развития угольной энергетики в стране.

В России отношение к углю традиционно уважительное, а его запасы – огромны (почти 200 млрд тонн). Кстати, именно его изначально именовали черным золотом, и на протяжении десятилетий, вплоть до развала советской экономики, угольная отрасль была у нас на подъеме. В 90-е она пришла в упадок, но с начала этого века ситуация стала улучшаться. В прошлом году в России было добыто 336 млн тонн угля – рекордный показатель для постсоветских лет и даже чуть больше, чем в 1992 году.

Однако поистине геройским это достижение выглядит на фоне данных о степени износа основных фондов угольной отрасли: он составляет 70% – 75%. Не удивительно поэтому, что по уровню смертельного травматизма при добыче угля Россия занимает первое место среди развитых и среднеразвитых стран: одна шахтерская смерть у нас приходится на каждые 6 млн тонн угля (в Польше – одна на 10 млн тонн, в США – на 50 млн тонн, в Австралии – на 200 млн тонн).

Чтобы исправить эту ситуацию и обеспечить возможность качественного развития отрасли, в январе была принята Долгосрочная программа развития угольной промышленности до 2030 г., предполагающая вложение в отрасль 3,7 трлн руб., в том числе 252 млрд – из бюджета. В итоге ее реализации уровень износа основных фондов должен быть понижен до 20%, а добыча – увеличена до 430 млн т в год.

Основные надежды угольщиков связаны с внешними рынками: и Европа, и Азия активно покупают наш уголь. В самой России уголь уже не столь востребован, как в советские годы: его потребление в электроэнергетике по сравнению с 1988 г. снизилось со 152 до 95 млн т, в металлургии – с 56 до 40 млн т, в сельском хозяйстве, ЖКХ и частном секторе – с 35 до 22 млн тонн. И ждать восстановления былых показателей вряд ли следует: многие потребители переключились на газ. Поэтому Программа предусматривает увеличение доли экспорта в общем объеме добычи угля – с 38,5% до 43% – 44%.

Существенно увеличатся и угольные портовые мощности – с 69 до 190 млн тонн. Правда, российских энергетиков все же хотят заставить увеличить использование угля: предполагается довести его долю в энергобалансе с нынешних с 26% до 34% – 36% (а долю газа, наоборот, снизить с 70% до 60% – 62%). Но удастся ли достичь этих показателей – большой вопрос. Дело в том, что в плане удобства использования в энергетике уголь серьезно уступает газу: угольные электростанции обычно "заточены" под конкретную марку топлива, тогда как газовые подобной настройки не требуют. Кроме того, внутренние цены на газ у нас существенно ниже мировых. Все это лишает потребителей стимулов отказываться от газа в пользу угля. Так что российская угольная отрасль будет и впредь расти за счет экспорта.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей