Во что оденутся уроды

Ветошный переулок, наперекор названию, сверкал нарядными витринами, открывая стройные ряды новейших коллекций модной индустрии. У здания ГУМа толпились буддистские монахи, босиком и в шафрановых робах, и их босые смуглые ноги на мокрой дороге на удивление гармонично смотрелись рядом с витринными диорами и луивиттонами.

Очередные "Пионерские чтения" о моде состоялись вчера в ГУМе. В том самом зале, где брюки Андрея Миронова когда-то не без труда превращались в шорты, колонки авторов "Русского пионера" с легкостью превратились в их живые выступления. По приглашению главреда Андрея Колесникова на сцену поднялись писатель и карикатурист Андрей Бильжо, актер и режиссер Тигран Кеосаян, музыкант и певец Андрей Макаревич, глава Bosco di Ciliegi Михаил Куснирович, поэт Андрей Орлов (Орлуша) и новая колумнистка журнала - поэт и певица Диана Арбенина.

В демзале - красные ленточки, пионерки комсомольского возраста на входе в одинаковых строгих брюках, камеры, улыбающийся Андрей Бильжо. Несмотря на дождливую погоду и 2 сентября, лица гостей беспечны и по-летнему веселы. Музыканты и авторы "Русского пионера" Вячеслав Малежик и Андрей Макаревич что-то активно обсуждают в баре, поэт Орлуша охотно дает интервью журналистам, а Кеосаян о чем-то горячо спорит с собеседниками. Присутствовали также давние друзья журнала: режиссер Павел Лунгин, театральный художник и постановщик Павел Каплевич, дизайнер Катя Добрякова, бизнесмены Ян Яновский и Марк Гарбер и многие другие. Первое сентября оно и у взрослых первое сентября (хоть и второе в этом году): все оживлены, соскучились по друзьям, делятся летними впечатлениями, разглядывают новеньких. Предмет опять же новый - "мода".

Но вот всех пригласили в тот самый "мироновский" зал. В приветственных словах главред журнала Андрей Колесников отразил общее настроение: "У вас такие лица, будто бы лето не закончилось! Но оно закончилось. Для меня год "Русского пионера" вообще всегда начинается 1 сентября. Не могу толком даже объяснить, почему".

Открыл чтения постоянный автор журнала - художник Андрей Бильжо, - но публика не сразу его признала, так как блестящая во всех отношениях голова блестела на этот раз по-новому - шикарной шевелюрой из темно-коричневых волнистых волос. Вот так перевоплощение! Битловская прическа, казацкие усы, докторские очки и хитрющий взгляд... Зал все никак не мог угомониться и не давал начать читать. Наконец, зазвучали "Парикмахерские и другие истории" - о смелых экспериментах с имиджем в юности, о военных и египетских походах в парикмахерскую, после которых Андрей Бильжо напрочь отказался от услуг профессионалов. Только бритва!

Сорвав парик и аплодисменты, бритоголовый колумнист уступил место Тиграну Кеосаяну, который, как оказалось, на этот раз написал рассказ о некоем метросексуальном и знаменитом друге, под руководством которого Тигран однажды отправился "кардинально менять лук" в одно "секретное место". Шпионская история, достойная экранизации. Кто же тот самый друг, так и осталось за кадром.

После Тиграна Кеосаяна на сцену вышла Диана Арбенина, и вот оно, совершенно новое! Диана читала свою "Формулу рождения нового" честно и вдохновенно. И с невероятным напором. О том, чему бешено не доверяет, к чему совсем не питает симпатии - о моде. Образы, аллюзии, мощное интонирование. А потом - под дых - такую острую, живую правду о себе. Гром аплодисментов. Несколько минут. Невозможно отпустить. И Диана прочла еще три стихотворения из своей новой книги.

Затем выступал тоже колумнист и тоже музыкант - Андрей Макаревич. Читал о моде на собственном примере: как прилаживал на концертную рубашку золотую бахрому с красного знамени, расшивал клеши матрасной тканью и хотел походить на Джимми Хендрикса.

Вслед за Макаревичем на сцену вышел Михаил Куснирович: "Как в номер про евреев, так не звали. Приберегали?". Зал разразился хохотом. Дав всем хорошенько высмеяться, Михаил начал обстоятельно выражать свое отношение к моде, параллельно сетуя: "Однако неловко как-то. Кокетливо получается. Не раскрыта-таки пока тема. Ох, рискую не оправдать доверия и гонорара". Но раскрыл еще как! И в финале выдал: "Лох он и в Парке Горького лох".

Завершал чтения, поднимая градус веселья и какого-то уже торжества, поэт Орлуша. Его строки:

"Фэшн" словарь переводит как "мода",
Но означает действительно он,
То, во что будут одеты уроды
В зимний, осенний и летний сезон...