Московский авангард с парижской пропиской

Фото: rusmuseum.ru

Так уж повелось, что весьма успешная выставочная политика Государственного Русского музея непосредственным образом влияет на художественную жизнь нашей столицы: многие замечательные выставки приходят в Москву из Северной Пальмиры.

То ли у наших кураторов плохо с воображением, то ли виноваты неведомые высшие силы, но факт остается фактом: активные питерцы регулярно снабжают нас интересными и актуальными проектами. Вот и теперь в залах Третьяковской галереи гастролирует очередная экспозиция из ГРМ – ретроспективная выставка московского художника Эдуарда Штейнберга, одного из значительных представителей российской неофициальной культуры 1960-80-х годов, продолжающего плодотворно работать в городе Париже и в наши дни.

Фото: rusmuseum.ru

Несмотря на московский розлив и нынешнюю парижскую прописку, Эдуарда Штейнберга любят называть тарусским художником. А все оттого, что вскоре после рождения Эдуарда его отец, поэт и переводчик А.А.Штейнберг был репрессирован. Как сын врага народа Эдуард не мог получить приличного образования и, окончив обязательную семилетку, перепробовал массу чернорабочих профессий: был рабочим, сторожем, землекопом и даже одно время ошивался в какой-то рыболовецкой артели. Одним словом, терять молодому дарованию бело нечего. Поэтому, когда в 1957 г. реабилитированный Штейнберг-отец поселился в Тарусе, неприкаянный сын решил воссоединиться с семьей. Разве он мог тогда знать, что совершает роковой шаг к карьере неофициального художника?

На самом деле Эдуард Штейнберг прожил в Тарусе всего несколько лет, с 1957 по 1961 год. Но, видимо, особая атмосфера этих мест, когда-то взрастивших Поленова и Цветаеву, благотворно подействовала на впечатлительного юношу. В 1961 г. он вместе с приятелями устроил в городском клубе одну из первых в СССР независимых выставок и плавно влился в ряды московских авангардистов. Вернувшись в столицу, он оказался в самом центре культуры андеграунда. Штейнберг выставляет свои работы с Владимиром Яковлевым, Владимиром Янкилевским, Ильей Кабаковым, Эрнстом Неизвестным, участвует в экспозициях на Малой Грузинской. А десять лет спустя абстрактные композиции Штейнберга, созданные под влиянием произведений Малевича, Родченко и Лисицкого, позволили говорить о нем как об одном из самых значительных художников нового поколения.

Фото: rusmuseum.ru

Несмотря на столь богатую биографию, он так и не получил профессионального образования. Единственным наставником Эдуарда был его отец. Но уже ранние работы художника свидетельствуют о том, что их автор твердо знал, у кого ему следует учиться. Первыми учителями будущего абстракциониста были мастера русского авангарда: Михаил Ларионов, Роберт Фальк. Яркие, сюжетные работы Штейнберга 60-х годов действительно напоминают лубочные полотна бубнововалетовцев. Позже главным кумиром художника стал великий Малевич. В 70-е годы Эдуард Штейнберг создал собственную, персонализированную версию геометрической абстракции, отказавшись от супрематической догмы "чистой беспредметности". Полотна этого периода лаконичны и практически монохромны: на безбрежно-белом фоне белые или почти белые геометрические фигуры, в основном треугольнички и палочки. Главное, всегда что-то есть – Штейнберг никогда не отказывался от фигурной композиции. Иногда даже в строгие геометрические ряды просачиваются вполне узнаваемые предметы: палитра художника, тощая рыбина или усатая рожа дворника Васи.

Фото: rusmuseum.ru

В неуютные и нестабильные 80-е абстрактные палочки превратились могильные кресты, а место треугольников заняли покосившиеся хатки и крайне меланхолические надписи, типа: "Гробовщик", "Когда она умерла". Преобразились и любимые персонажи художника – банальная селедка обернулась злобным и зубастым хищником, а алкоголик Вася приоделся в черное и начал откровенно косить под недоброжелательное лицо кавказской национальности.

В парижские 90-е мастер вновь возвращается к абстракции. Правда по сравнению с произведениями двадцатилетней давности эти картины выглядят не то слишком чистенькими и новенькими, не то слегка попсовенькими. Возможно, виной тому качественные французские холсты и краски. Зато к этому периоду относятся весьма эффектные эксклюзивные фарфоровые тарелки и вазы, сделанные по эскизам Эдуарда Штейнберга.

На ретроспективной выставке в Третьяковке представлено более семидесяти произведений мастера, созданных почти за сорок лет.