Народ устал от популизма

Нестандартный опрос, проведенный в июне ФОМ, выявил отдельные особенности общественных настроений. Во-первых, нераспространенность популистской риторики. Во-вторых, синдром усталости от старых партийных лидеров




За 16 лет существования новой России в стране сформировалась традиция несменяемости партийных лидеров. Исключения, касающиеся чехарды в СПС, а также разборок в "Родине" и других партиях, стремительно двигающихся к нижним строчкам рейтингов, только подтверждают общую закономерность: легче создать новую партию, нежели добиться отставки старого лидера. Ничего удивительного в этом нет. Российские партии, как и вся политическая система страны, возникли на развалинах СССР, где в течение многих лет была одна партия и один несменяемый вождь (сюжет с отставкой Хрущева был нетипичным казусом).

С началом перестройки пошел и процесс партийного строительства, пик которого пришелся на думскую кампанию 1993 года. В дальнейшем многие из созданных на скорую руку организаций либо распались на части, либо исчезли, как "Партия российского единства и согласия" Сергея Шахрая. Уцелевшие же превратились в партии вождистского типа. Ни о какой внутрипартийной демократии и цивилизованной конкуренции между претендентами за право лидерства речи не было. Бессменными лидерами остались Геннадий Зюганов, Владимир Жириновский, Григорий Явлинский. Недовольные просто уходили, подобно тому, как тихо покинули "Яблоко" сначала Болдырев, потом Лукин и организатор региональных отделений Вячеслав Игрунов, создавший свою карликовую партию СЛОН, которая тоже ушла в небытие вслед за "партией власти" Виктора Черномырдина ("Наш дом - Россия") и многими другими, названий которых уже никто и не помнит.

Сегодня на политическом поле доминируют сравнительно молодая (семь лет не срок) "Единая Россия", старожилы КПРФ и ЛДПР да свежесозданная "Справедливая Россия". Партийные рейтинги трех последних отличаются от президентских рейтингов их лидеров (или рейтингов доверия) на 2 – 4%. У КПРФ это показатель равен 7% при президентском рейтинге Зюганова в 3%; та же картина у ЛДПР (5% у партии и 3% у ее лидера) и "Справедливой России" (3 – 5% у партии и 2 – 3% у лидера).

Интересно, что эти три партии принято считать популистскими, однако их популизм, судя по рейтингам, является крайне неэффективным. Или, возможно, народ просто устал от популизма. Во всяком случае, рейтинг всячески открещивающейся от него "Единой России" достигает 31% по данным ФОМ или даже 48% по итогам ВЦИОМ. При этом рейтинг доверия ее лидеру Борису Грызлову колеблется в районе 5 – 6%. По мнению некоторых социологов, этот колоссальный разрыв объясняется тем, что Грызлов не воспринимается населением как полноценный партийный лидер. В нем видят, скорее, чиновника, поставленного руководить работой "партии Путина".

Судя по результатам опросов, у Путина нет достойных соперников в плане президентских рейтингов; нет и полноценных конкурентов у ассоциирующейся с его именем "Единой России". Эту ситуацию принято объяснять тотальной зачисткой политического поля, начавшейся после президентских выборов 2000 года. Однако эта пугающая формулировка не объясняет причину низких рейтингов оппозиционных партий в стране, большая часть населения которой явно недовольна существующим положением дел.

Возможно, дело действительно в популизме, который хотя и находит определенный спрос, но все же не может удовлетворить претензии значительной части населения. В противном случае придется предположить, будто виноваты социологи, что опросы не отражают настроения общества, например, из-за усталости людей от постоянно повторяющихся вопросов, за какую из надоевших партий и какого из постоянно находящихся на виду политиков они проголосовали бы в ближайшее воскресенье. Не исключено, что пора ставить вопросы как-то иначе.

Как бы отвечая на этот запрос, в середине июня ФОМ предпринял попытку несколько сместить акценты, предложив своим респондентам ответить, как бы они голосовали, если бы свои партии создали известные российские политики. В итоге "партия Путина" набрала 51% голосов, "партия Дмитрия Медведева" - 16%, "партия Жириновского" - 12%, "партия Сергея Иванова" - 10%, партии Зюганова и Лужкова - по 8%, Грызлова и Хакамады - по 4%, Миронова и Каспарова - по 3%. У всех остальных по 1 - 2%, за исключением Валерии Новодворской, получившей 0% поддержки в качестве партийного лидера.

При детальном рассмотрении этих результатов выясняется, что наиболее устойчивое, инвариантное к форме вопроса положение занимает "партия Зюганова" (8%), рейтинг которой отличается от рейтинга КПРФ (7%) всего на один процент. Ее электоральный максимум набирается за счет респондентов с образованием ниже среднего (14%) и в возрасте старше 55 лет.

Результаты Грызлова только подтверждают предположение, что он не воспринимается в качестве партийного лидера и его плохо знают в стране. Рейтинг "партии Грызлова" совпадает с рейтингом его личного доверия (4%). Столь же неведом россиянам и Сергей Миронов: партия его имени получила 3%, а реально существующая "Справедливая Россия" – 5%, то есть разница укладывается в интервал допустимой статистической погрешности.

На этом фоне изумляет результат "партии Жириновского", объясняющийся, видимо, особенностями его электората и эксцентричностью самого лидера. Рейтинг "партии Жириновского" (12%) намного превышает как рейтинг ЛДПР (5%), так и президентский рейтинг Владимира Вольфовича. Электоральный максимум "партия Жириновского" набирает за счет мужчин (15%), возрастной группы от 18 до 35 лет (16%), образование среднее (16%). При этом поклонники Жириновского, судя по всему, не в курсе, какую партию он на самом деле возглавляет.

Но самым интересным итогом этого странного опроса стали результаты Дмитрия Медведева (16%) и Сергея Иванова (10%), партии имени которых получили поддержку, намного превосходящую их президентские рейтинги (3 – 4%). При этом электоральный максимум "партии Медведева" набирается за счет людей с высшим образованием (19%), живущих в Москве (21%) и больших городах (24%). То есть его популярность, судя по всему, базируется не столько на статусе возможного преемника, сколько на том, что его имя прочно ассоциируется с реализацией национальных проектов.

Более ровным выглядит положение "партии Иванова". Незначительные колебания электоральных максимумов и минимумов его партии обусловлены образованием респондентов (высшее - 12%, ниже среднего - 9%) и возрастом (8% среди лиц призывного возраста). Что касается разрыва в рейтингах партий Медведева и Иванова, причину следует искать в характере их деятельности. Дмитрий Медведев занимается вопросами, связанными с ежедневными проблемами и жизненными интересами граждан, а задачи, которые решает Сергей Иванов, касаются вопросов повышения обороноспособности страны, которые в мирное время представляются значительной части населения достаточно абстрактными.

В общем, можно сказать, что опрос, проведенный ФОМ, не только дал пищу для анализа и размышлений, но и выявил некоторые особенности общественных настроений. Первое - это исчерпанность популистской риторики: в глазах респондентов более авторитетными являются политики, занятые конкретным делом. Второе - синдром усталости от старых лидеров, народу надоели одни и те же говорящие головы и их давно известные речи.

Эти диагнозы означают, что партиям, если они не собираются самораспуститься в ближайшее время, стоит попробовать заинтересовать избирателей не заклинаниями о бедности, коррупции и справедливости, но столкновением внутрипартийных идей, программ и лидеров. Партийная система в России уже худо-бедно отстроена, наиболее жизнеспособные партии сумели уцелеть, пережив три - четыре избирательных цикла, и теперь у них есть все условия для того, чтобы облечь в цивилизованные формы свою внутрипартийную жизнь.

новости партнеров
Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...

Выбор читателей